Второго дубля не будет. Всё ещё молодость

Наше воздушное существование на чужой, наёмной квартире было для него устроенной жизнью, так как я имела доход в виде стипендии, и папа мне помогал, вот мы и могли выкрутиться финансово, а им рассчитывать было не на что, и Людмила пребывала во Ржеве, у его родителей.

Юрка был весел, полон оптимизма, особенно после пропущенной с Криминским пары рюмок, но проскальзывало, что он скучает по жене. Я вспомнила как в их медовый месяц, Алексей зашел к ним, пригласить куда-нибудь пройтись вчетвером, и осторожно спросил у Люды, как ее впечатления от Москвы, от Подлипок, где они побывали, что видели.

– Да, – сказала ему молодая жена приятеля, – много где гуляли, всю постель истоптали.

Алешка пришел несколько растерянный, такая женская откровенность его смутила.

– Надеюсь, ты быстро ретировался, чтобы не мешать в таком святом деле? – похихикала я над ним.

Этот самый Юрка и сидел сейчас у нас, пил с Алешкой водку и не смущался, и тем более не терял аппетита от Катиных действий, которые были необыкновенно к столу.

Я пошлепала ладонью попку смеющейся дочки.

– Катерина, – строго сказала я. – Катерина, дай я тебя запеленаю, не мешай.

– Так и зовёте ее Катерина?

– Нет, вообще-то она у нас Лапушонок.

– Лапушонок, – задумчиво протянул Юра.

– Надо же, как женщины умеют придумывать ласковые названия своим детям, одна моя знакомая называла дочь «дочечка». Так удивительно, не дочка, не доченька, а дочечка.

Но вернемся к будням. После месяца стали давать ребенку яблочный сок, который отжимали из тертых яблок через марличку, марличку потом кипятили. Пластмассовую терку мама тоже прокипятила, и ручка у нее оплавилась, и я так и пользовалась теркой с расплавленной ручкой.

Вообще, мама была склонна прокипятить всё, и Алексей смеялся: – Теща и меня готова прокипятить, прежде чем пускать к дочери.

В общем, яблоки, а потом, в четыре месяца творожок, который брали на молочной кухне, позднее овощи и яичный желток.

Нас навестила пара с физтеха, Марина с Володей. Она училась на первом курсе, а он был лейтенант. Очень приятная была пара, но думаю, скоро ей пришлось выбирать – или институт, или муж. Когда они навещали меня, она была уже беременной.