Проект Стокгольмский синдром

Перерыл весь дом, оставаясь без ответа, вошёл в ванную комнату, натыкаясь на мусорное ведро, а в нем четыре тест-полоски, одна положительная, и три отрицательных. Я сел на пол, пораженный и шокированный, словно моя душа покинула тело, оставляя сердце обнаженным до каждого капилляра. Что все это значило? Не знаю, что на меня нашло, но я так сильно обидел Ирину, жену своего друга, за их самовольство, когда узнал о вылазке, и куда именно. Потому что я был там. И не один, а в компании с Дианой. Очередное задание, но в какой роли.

– Почему туда, Ира! – кричал на девушку, практически стоя в метре от нее. Ирина закрыла руками лицо, смахивая слезы. Хватаю ее за обе кисти, убирая в стороны, хочу видеть глаза подруги моей жены. Из всех клубов Парижа, эти идиотки выбрали «Богиню», черт возьми, я не знал, как еще это объяснить, кроме того, что это было законом подлости. Степа напрягся, и сделал шаг вперед, защищая свою женщину, он деликатно положил руку мне на плечо, и предупреждающим взглядом все сказал, заставив меня притормозить.

– Да кто знал, что ты будешь отплясывать со своей любовницей?! – зло выплюнула жена Степана, смахивая слезы горести.

– Она не моя любовница, – процедил сквозь зубы.

– Это мы сейчас знаем, – говорит Степан, снижая накаленную обстановку, и просит Иру тоже утихомириться. – Но, Оля поняла иначе.

– Нет, – Ирина качает отрицательно головой. – Она была в шоке и в недоумении одновременно.

– Она говорила еще что-нибудь? – с надеждой уставился на Иру, но девушка просто качнула головой, говоря нет.

– Да. – Ира села на диван, заливая свои переживания стаканом виски. – Мы уехали в другой клуб, она пожаловалась на боль в животе, пришлось закончить на этой ноте наш девичник, – устало и осунувшись, Ирина уставилась в одну точку, говоря эти слова.

– Что потом? – скрестил руки на груди, стараясь сдерживать в себе бушующий ураган.

– Ничего, – просто отвечает. А у меня в голове происходит взрыв мозга, от которого хочется орать во все горло, но я душу своих зверей внутри, не давая им прорваться и нарушить мое равновесие. – Она ничего мне не сказала, ушла в вашу спальню и закрылась. Была бледной, как мел, но держалась отстраненно.