Времена Солнцелуния. Книга 1: Златоглазка

– Совершенно точно, эта занятная история со всеми участниками сегодня получила много внимания… – согласилась девушка, умолчав о своей причастности к происшествию, ведь члены её семейства помимо дождя повелевали ещё и ползучими змеями.

– И я останусь вам очень признателен, принцесса Зерия, если вечером в беседе с наследницей Люцией вы не забудете замолвить словечко о проявленной мною храбрости и отважности в захватывающем столкновении с чудовищем, – вкрадчиво продолжил средний принц грома Бронт.

– Можете не сомневаться, – заверила юношу Зерия, но от чересчур непредсказуемой барышни следовало ожидать чего угодно.

В скором времени все собрались у диковинного дерева, и лишь успели занять места на расставленных полукругом стульях, как послышалось громкое хлопанье крыльев. Братьям Бронту и Ададу почудилось, будто над Павлиньим парком разом пролетала тысяча пернатых, принцесса дождя Зерия вздрогнула от неожиданности, а солнечные сёстры заговорщицки переглянулись.

Об обитающей в местном королевстве женщине-птице ходили слухи по всему свету, но чести увидеть её были удостоены исключительно избранные. Фантастическая дива славилась красивым бронзовым оперением, словно являлась посланником дневного светила на земле, а смешение на орнаменте её крыльев голубых, белых, фиолетовых и чёрных оттенков неба и земных теней придавали облику существа одновременно божественный и мирской вид.

Дива имела большие выразительные глаза и запоминающееся лицо с носом горбинкой, высокими скулами и полными губами. Волосы на голове ей заменяли длинные гладкие перья, отливающие бронзовым блеском и ниспадающие на плечи, сродни локонам, а на макушке красовался изящный хохолок, уподобляющийся короне с бубенчиками. Своеобразными украшениями существу также служили пёстрый узор вокруг шеи, похожий на ожерелье, и хвост с вкраплением тёмно-синих глазков, вдвое короче, чем у павлина.

Женщина-легенда взмахнула крыльями, приветствуя собравшихся, после чего развернула веерообразный хвост в форме полусолнца и запела на незнакомом древнем языке. И голос дивы обладал такой нежной и насыщенной окраской, что гостям разом почудилось, точно ничего прекраснее они раньше не слышали.