Девчонка с Восточной улицы

Как ты любишь отдыхать?

– Читать, слушать музыку, лучше в консерватории, смотреть балет, слушать оперу, смотреть хороший спектакль.

– Море: плавать и просто сидеть на берегу, особенно если вокруг никого нет; прикосновение к бесконечности в вечном говоре волн, то нежно зовущих, то ворчливых, то грозно ревущих в шторме – вслушиваюсь и вслушиваюсь, в душу приходит покой пылинки в вечности мирозданья.

– Горы: долгий и трудный путь вверх, испытывающий то на терпение на тягучем пологом склоне, то на мужество и силу на крутой каменистой тропе, то на ловкость – в соревновании с осыпью; и вот – вершина, пусть самая маленькая, или перевал – полёт и парение в пространстве беспорядочно разбегающихся горных хребтов, хребтиков и своевольных одиночек-гор; и снова чувство бесконечности и мощи мирозданья, но – покой и чувство своей силы, уверенности, полёта, готовности творить.

– Тихий плеск байдарочных вёсел по прозрачной воде извилистой лесной речушки.

– Лес, лес, запах мокрого после дождя леса, чудо творения; гриб в траве, яркий подосиновик под ёлкой, кустик земляники или черники, голубики, брусники, костяники, застенчивая берёза, яркая рябина и раскидистая сосна, стройная елочка или могучая ель– благодать души и благодарность за присутствие на земле.

– Лыжи. Лес в причудливом снежном наряде, кружево покрытых снегом кустов, оставшейся зимовать травы, деревьев. Солнце зажигает искорки в каждой снежинке; я скольжу на лыжах по этой сказке, или у-ух – ветер в ушах, полёт, захватывает дух – горка, и снова лёгкое быстрое или зачарованное скольжение.

Что ты ненавидишь в людях?

– Предательство! – не прощаю! Злость, грубость – ненавижу, но потом мне жаль тех, от кого это исходит.

Последний день 2000-го года, века, тысячелетия.

Новый Год.

Ёлка. Ночное торжество, мы с Володей и обе наши мамы. Мы все ещё не знаем, что это их последний Новый Год и, вообще, год.

Тусклое весеннее утро. Снег почти стаял, остались редкие островки на тёмной, пропитанной влагой земле.

Я гуляю с собакой, чёрным, лохматым, спаниэлем-дворнягой Дюком. Его весёлый хвостик и выразительнейшие из всех, что я видела, глаза на изящной мордочке приводят в восторг всех встречных. Он радуется всем, подпрыгивает и выражает готовность принять ласку. Но не вздумайте этому поверить! Глухим рычанием он тут же предупреждает, что фамильярности не потерпит.