Грабитель с детским зонтиком

Не всегда судьба сладкая, временами она и горькая.

– Пфф, – фыркнул Николай.

Он никогда и ни на кого не работал: сам решал свои проблемы и добывал себе кусок хлеба. Не любил подчиняться, не хотел «ходить под кем-то». Жил, как умел, за счёт воровства или карточной игры. Любил шальные и лёгкие деньги. Внутри него всё пищало и бунтовало. В отдалённых уголках разума всплывали сцены, как он достаёт пистолет и одним выстрелом в лоб убивает Гаспара и всех его олигофренов-помощников. Да вот пистолета не было. Не слушал трепотню местного начальника цеха, раздумывал о своём.

Сидел себе, посматривал на клубы сигаретного дыма, разглядывал стены, сверху до середины побеленные, а ниже – покрытые серой краской. Было желание заснуть под монотонный бубнёж Гаспара. Играть с ним в карты на деньги – занимательно, а вот разговаривать – вовсе нет.

– Что я должен сделать?

– Я человек честный, Коля, и своё слово держу: выполнишь одну работу, и мы с тобой в расчёте.

– Почему именно я?

– Потому что ты умён, хитёр и азартен.

– А если не выйдет?

– Выйдет. Ты оступился и попал. Сделаешь всё как надо и иди на все четыре стороны. Возьмёшь из магазина магнитофоны – и конец.

– Опасное дело…

– Магнитофоны «левые» – заявлять в милицию никто не будет. Сделают вид, что ничего подозрительного не слышали, тебя не видели. Не бери ничего, кроме японских магнитофонов фирмы «SHARP».

Нервы Николая сдавали.

– Не против, если я закурю?

– Кури на здоровье.

Взял одну сигарету из пачки «Marlboro», закурил и задумался.

Смотрел пару секунд на тлеющий кончик и пепел, который вот-вот упадёт. Это напоминало о времени.

– Добро. Согласен.

– Ещё бы ты не был согласен.

– Гаспар, знаешь что?

– Что?

– Это будет моя первая и последняя работа.

Гаспар засмеялся.

– Когда-нибудь я выберусь из своей съёмной комнатушки и перестану думать о деньгах до самой старости! Клянусь тебе!

– Хочешь сорвать большой куш?

– И хочу, и сорву… – ухмыльнулся Николай.

На фоне бандитских дымных декораций Гаспар казался каким-то призраком, злым духом, побуждающим легкомысленного Николая к преступлению.

Цеховик теребил костяные чётки, подбрасывал их и одновременно шарил взглядом по всем присутствующим в комнате.

– Значит так, Коля. Держи это, – Гаспар достал из кармана плотно прилегающих брюк ключи от фургона, – и вот тебе адресок работы.

Один из тупоголовых амбалов по прозвищу Мульт протянул Николаю клочок бумаги, на котором было написано: «Ленинакан.