Грабитель с детским зонтиком

Выиграешь – вернёшь десять мне, и у тебя останется пять. Разве плохо?

У Николая внутри началась какая-то необъяснимая истерика: он паниковал, но внешне оставался невозмутим. Ему стало стыдно перед самим собой: залезать в долги, унижаться перед кем-то было не в его характере. Николай спешно вернулся в реальность и согласился на пять тысяч рублей с возвратом вдвое большей суммы.

«Просто если очень хочется, то можно», – убеждал себя Николай.

Тот самый мальчишка записал на засаленном листе бумаги: «Коля +10 000 от Гаспара».

Игра щекотала нервы Николая и тешила его противника – начальника обувного цеха.

– Вскрывайся, – Николай бросил на стол карты. – Двадцать одно!

У Гаспара возникло желание взять паузу. Он не торопился вскрывать карты. Продолжал забавляться ситуацией.

– Кого ждёшь? Вскрывайся! – не выдержал Николай.

– Два туза! – издевательски засмеялся Гаспар, небрежно уронив карты на стол.

Удача отвернулась от Николая: одно очко сыграло с ним злую шутку.

– Не повезло в картах – повезёт в любви! – Гаспар закурил и пустил дым в лицо побледневшего Николая.

– Я верну, Гаспар. Отыграюсь и сразу же… Дай ещё в долг.

– Нет, так не канает. Денежку нужно отдать сегодня.

– Да ты вообще катала! Ты меня надурил! Или вон этот, – Николай показал на юнца, – недоросль.

– За такие слова ты можешь и с жизнью расстаться, – разозлился Гаспар и что-то шепнул мальчишке, наклонившемуся к нему.

Конечно же, Николай не следил за своими словами и часто из-за пылкого нрава получал, как говорится, по шапке.

– Коль, я же не мусор – сюсюкаться с тобой не буду.

Удивительно, но Николай не чувствовал себя виноватым: назвал Гаспара каталой, подумаешь, что здесь такого. Однако сам цеховик считал иначе: обвинять его в надувательстве и плевать в лицо такому человеку, как Гаспар, никто не имел права. Даже если игра и вправду была нечестной. В мире богатых людей не всегда поступают по совести.

Мальчишка вышел из прокуренной комнаты и вернулся в неё уже в сопровождении троих крупных мужчин.

Плохо быть трусливым – кто боится, тот выглядит жалко. Николай таким не был.

– Пришли твои подневольные, ну и что?

– Ты знаешь, что случается с теми, кто не уважает Гаспара? – цеховик со звериным оскалом обратился к Николаю, который ёрзал на стуле, и, не оставив тому ни секунды на размышление и ответ, добавил: – Их наказывают.