Счастливая книга: что мешает нам быть счастливыми?!

Иногда начинаю тебя понимать,

Когда в ночь от себя убегаю.

И чувства и любовь уже не в моде,

Я снова загрущу, себя кляня.

Любимый мною должен быть свободен

И от моей любви и от меня!

По любви

Ты думаешь, что я больна тобой?

Что ты на части разрываешь душу?

Я огорчу тебя – мне хорошо одной,

И твой покой я больше не нарушу.

Я на изнанку вывернула всё:

От хрупких мест до самых слабых точек.

Но улыбается фортуны колесо,

И сладок мир, как глазированный сырочек.

Да, я хотела, но устала ждать.

Надежду тоже подпирают сроки.

И веру можно в карты проиграть,

А что-то большее, лишь по любви – и только.

Сильные девочки

Да, у сильных девочек есть огонь —

Вечный двигатель мужества и побед.

Только душу девочек тех не тронь,

Тронешь, значит, не оберёшься бед.

Да, у юных девочек – красота,

Блеск в глазах и красивый румянец щёк.

Их наивная простота

Идеалы тела упрячет в шёлк.

Да, у мудрых девочек есть кредит

На удар судьбы и укор мужчин.

И казалось, больше-то не болит,

Но таких лучше девочек не ищи.

Да, у взрослых девочек пустота,

Сердце – это колодец, есть место всем.

Только быть по порядку одной из ста,

Лучше вовсе не быть и не быть совсем.

Да, у всех этих девочек есть лимит

На терпенье, на боль, чтоб уйти на дно…

Чуть расслабишься, сразу же заболит

И болит по-предательски, всё равно!

Хочу быть маленькой

Я, как раньше, хочу быть маленькой,

Чтобы ленты струились с косами.

Чтобы на ночь «Цветочек Аленький»,

Чтобы снова гореть вопросами.

На закате ждать принцев сказочных

И драконов всех одной левою,

Видеть снов ночных только красочных,

Представлять себя королевою.

Быть невестою, оборвав с окна

Занавеску, что сшита бабушкой.

Под гитару петь с ночи до утра

С пацанами! И есть оладушки.

Не хочу я знать про Навального,

Про политику и про грязный мир.

Я из школы листы похвальные

Приносить хочу, ну а после в тир.

Не хочу интриги я и предательства,

И коварств подруг, и измен мужчин.

И какие б ни были обстоятельства,

Не хочу я знать наглой грубой лжи.

Я хочу, чтоб в мире цвела сирень

С декабря по май, а затем жасмин.

По утрам, чтоб если вставать мне лень,

Мама тихо войдя мне б сказала: «Спи!»

Жаль, бесценное не воротится,

Детство кончилось, за окном февраль.

И промозглое одиночество

Не даёт уснуть и несётся в даль.