Тьма знает

– И, по-вашему, это как-то связано с Сигюрвином?

Хердис кивнула.

– Я хочу знать, можете ли вы найти того, кто сбил Вилли, – сказала она. – Это ваше дело снова открылось, и мне кажется, что Вилли как-то вошел в него.

Конрауд не нашелся с ответом, а Хердис вдруг поднялась с места.

– Я вас так долго задерживала, – произнесла она.

– Может, полиция все-таки захочет с вами поговорить, – Конрауд тоже встал.

– Хорошо, но только пусть это будет быстро, мне не очень-то хочется, чтоб из-за этого началась буча.

– Я думаю, вам не стоит об этом беспокоиться. Ваш брат мог еще что-нибудь сказать про того человека?

– Только что у того были длинные волосы и сережка в ухе – такое колечко, а еще – что вид у него был страшный и угрожающий, – добавила Хердис.

– А Вилли знал, кто такой Хьяльталин?

– Да, потом узнал: когда начал связывать эти события друг с другом.

– Это был он?

– Нет: какой-то другой человек.

– Вы уверены?

– Он был уверен.

– А Сигюрвин? Это был он?

– Нет, и не он, – ответила Хердис.

Она долго стояла и молчала, опустив взгляд.

– Мне это все показалось настолько ужасным, – проговорила она наконец, – что я решила спросить вас, не поможете ли вы мне. Можно ли разыскать этого лихача, и… узнать, как все было: это несчастный случай, или он и впрямь… хотел убить его.

12

На следующий день Конрауд встретился с Мартой. Он пригласил ее в торговый центр «Подкова» попробовать таиландской кухни: ему было удобнее видеться с ней так, чем постоянно ездить в полицейское управление, словно он все еще там работал.

– Это мало, – сказала она, пытаясь остудить обожженный рот рисом и глотком воды. Конрауд знал, что ей было не привыкать к острым азиатским блюдам и что иногда она этим хвасталась. И сейчас она заказала самое острое кушанье во всем меню, и на лбу у нее жемчужинами выступили капли пота.

– А, по-моему, это существенно, – возразил Конрауд. – Этот рассказ может быть связан с исчезновением Сигюрвина.

– Мы не можем допросить свидетелей.

– Конечно нет.

– А что это за люди?

– Просто обычные люди, – ответил Конрауд. – Хорошие. Сестра произвела на меня замечательное впечатление, она сообразительная и точно знала, что хочет сказать. Она это все делала ради брата: она по нему скучает.