Тьма знает

Мама объясняла ему, что это такой маяк, указывающий направление самолетам на аэродроме в Васмири[16 - Местность, где расположен внутренний аэропорт Рейкьявика, недалеко от Эскьюхлид.]. Темноту над городом по очереди прорезал то зеленый, то желтый луч в равномерном спокойном ритме круг за кругом, словно слегка спешащая секундная стрелка в часовом механизме, в остальном безупречном.

Так он некоторое время лежал – и вдруг подумал, что, наверное, мама волнуется и уже пошла искать его. Ей уже несколько раз приходилось так делать, и она говорила, что он неадекватен и вообще совершенная амеба.

Он этих слов не понял. Он знал, что учитель жаловался маме, что он невнимателен на уроках. Мама прилагала все силы, помогая ему готовить уроки, да и сам он старался, как только мог, да только в школе ему было скучно, и он не понимал, почему ему приходится все время учить что-нибудь, чем он ни капельки не интересуется.

В такие мысли он был погружен, когда услышал совсем рядом шаги. Он вскочил. Человек, которого он никогда не видел, с длинными волосами и маленьким колечком в одном ухе, стоял перед ним и злобно смотрел на него.

– Ты чего здесь шляешься, пацан? – довольно неприветливо произнес тот человек, словно сердился на Вилли, хотя тот ничего ему не сделал.

– Да ничего, – сказал Вилли.

– Иди-ка ты прочь отсюда, – приказал тот человек. – Вали!

– Ладно, – сказал Вилли, стараясь не злить человека. И все же он был уверен, что имеет точно такое же право находиться здесь.

Вдруг тот человек схватил его за грудки:

– Скажешь кому-нибудь, что я здесь был – найду и убью, понял?

Вилли не смел ответить.

– Слышал?!

Вилли кивнул.

– А теперь катись, – сказал тот человек и отпустил его.

Вилли не на шутку испугался и поспешил прочь от того человека. Пробегая между цистернами, он увидел его машину: какой-то внедорожник, спрятанный за каменной развалюхой, в которой одно время размещалось управление системой горячего водоснабжения. Наверно, тот человек приехал сюда раньше Вилли, иначе тот услышал бы шум мотора.

Он быстрым шагом пошел прочь, поминутно оглядываясь, до смерти боясь, что тот человек погонится за ним. Последнее, что он видел перед тем, как бросился со всех ног домой – фары другой машины, подъезжающей к цистернам: они на миг сверкнули, осветив цистерны, и скрылись за развалюхой.

* * *

Хердис завершила свой рассказ. Конрауд наклонился к ней, потому что говорила она очень тихо, и ему приходилось тщательно вслушиваться.