История Натаниэля Хаймана

Молодая, беззаботная актриса, пусть и не слишком талантливая, помогла ему вернуть веру в жизнь, она гладила его, будто ребёнка, бормотала на ухо какие-то банальные нежности, и он так верил в искренность любимой жены, что широко раскрывал портмоне и выдавал ей немалые суммы на безделушки.

Где-то на востоке над Марселем уже светлело небо, солнце просыпалось, озаряя наш непростой мир. Господин Легран перевёл нетрезвый взгляд на встречную машину – она громко сигналила и слепила фарами. Руки, дрожащие от переизбытка алкоголя, соскользнули с руля.

Он сидел в водительском кресле неподвижно, будто манекен. Никто не знал, сколько времени простояла его машина, врезавшись во встречную.

В девять утра патологоанатом в белом халате, посвистывая, распахнул двери морга, чтобы первая жена погибшего жандарма смогла опознать его тело. Держа на руках сына, она остолбенело рассматривала покойника – он был бледен, искалечен и растрёпан.

– Мне очень жаль, что так вышло, – мрачно сказал медик. – Алкоголь и автомобиль – та ещё дрянь.

Новая супруга Андрэ почувствовала облегчение. Казалось, что она вообще не поглощена печалью из-за трагической гибели мужа.

Когда ей позвонили и сообщили о кончине мсье Леграна, она была занята приготовлением кофе и лишь удивлённо приподняла бровь.

За несколько часов до аварии Мойра Шахор вжалась в спинку кресла и тихонько застонала:

– С ума сойти, нить жизни Андрэ Леграна вскоре закончится.

Спокойно наполняя кофейник водой, Бернард пошутил:

– Госпожа, ты знаешь, что убиваешь людей без разбора? Так нельзя!

Гречанка пожала плечами и не сочла нужным возражать его шутке.

Бодрый голос Сержа умолк. Теперь я слышал только обычные для вечернего паба звуки: разговоры и смех гостей за соседними столиками, песенку, льющуюся из музыкального автомата.

Я хочу устроить шоу!

Я не прошу лучшего,

Наденьте что-нибудь новое,

Это всё, что я хочу…

– Вам повторить, мсье Рууд? – пробормотал паренёк за барной стойкой, с улыбкой протирая стаканы.

– Извините, мсье, а где Серж? – спросил я.

Наверное, мой голос прозвучал резко, потому что бармен умоляюще посмотрел на меня.

– Послушайте, – осторожно проговорил он, – мсье Тард сейчас в Италии.