История Натаниэля Хаймана

Хозяин торговал один. Ваш кофе, мсье, – он протянул мне небольшую чашечку с дымящимся напитком.

– Благодарю, – промычал я и, расплатившись, направился к столику у окна.

За пятнадцать минут моего пребывания в кафе ни я, ни человек с загробным голосом не проронили ни слова.

Я был настолько напуган зловещей ситуацией, что не мог собраться с мыслями и сделать какие-либо выводы. Сидел неподвижно, уставившись на кофейную пенку. Дождь за окном утихал, и я, немного согревшись, решил покинуть неуютное заведение и вернуться в редакцию.

«Ничего не понятно, но очень интересно», – думал я, крепко держась за руль.

От всех этих загадочных событий я чувствовал постоянное нервное напряжение, словно ожидал новых неприятностей.

Едва приехав на работу, я потянулся к телефонной трубке. Мой палец словно сам собой набирал номер, вытисненный на визитке, по телу пробегала жуткая дрожь.

– Слушаю, – донеслось из телефонной трубки.

Дыхание у меня перехватило. С трудом глотнув воздуха, я выпалил:

– Можно поговорить с Натаном Хеймом?

– Это я.

– Да. А как вы узнали? Запомнили мой голос?

– Конечно, нет. Я знал, что вы позвоните мне именно сегодня.

Он говорил хрипловато, как недавно проснувшийся человек, но вместе с тем уверенно и спокойно, словно опытный психолог.

Раз уж я позвонил, нужно было идти до конца и выяснить, что за чертовщина со мной происходит. Я волновался, но, собравшись с мыслями, спросил:

– Откуда у вас такая уверенность, что я позвоню именно сегодня?

Сомнения, ужас и ещё множество неприятных чувств охватили меня.

– Потому что знаки мне подсказывают, мсье Рууд.

Я еле сдержался, чтобы не закричать от возмущения. Затем заговорил быстро, изо всех сил подавляя гнев:

– Что ещё за знаки? После вашего визита со мной начали происходить дикие вещи! Кто вы? И что вам от меня нужно?

По звукам на другом конце провода было понятно, что господин Хейм встал с кровати, отбросив в сторону одеяло.

– Кажется, я уже говорил вам, что нуждаюсь в вашей помощи.

Надо сказать, во время любого разговора по телефону я любил вертеть в пальцах какие-нибудь мелкие предметы, рисовать ручкой на бумаге или играть с телефонным проводом. В этот раз я не мог ни к чему прикоснуться: пальцы дрожали от нервного напряжения.

Мысли спутались, анализировать загадочную ситуацию было невозможно.