Слезы русалки

И вот спустя столько веков ожидания к нему послана Вера с ее жертвенной любовью. Она была идеальной женой для гения – все прощала, все понимала, все разрешала.

Сейчас в легком бежевом платье она довольно сильно походила на Лидию. Только Вера жива, ее можно потрогать, можно прильнуть к ее груди.

В своём поцелуе Саша поднимался все выше по руке, и Вера не заметила, как почувствовала вкус Сашиных губ.

Вера ответила на поцелуй, прижимая мужа к себе цепкой хваткой, так непохожей на свои обычные мягкие объятия.

Этим она ещё больше напомнила Саше Лидию.

– Я думала, ты разлюбил меня, – произнесла Вера, когда он оторвался от ее губ.

– Не говори глупостей, я любил и люблю только тебя. – Саша лгал с видом человека, который никогда не говорил ничего, кроме правды. И Вера опять ему поверила, как тогда, когда он впервые признался ей в любви. – Дело в том, что я художник, понимаешь?

О да, Вера понимала.

– У меня кризис. Это так ведь называется? – продолжал Саша, трогая руками лицо Веры и внимательно разглядывая, словно видел ее в первый раз.

– Да, кажется, так, – отвечала Вера, не понимая, что с ним происходит, но твёрдо желая дознаться.

– Мне нужна твоя любовь, твоя помощь. – Саша говорил почти умоляющим тоном. Лицо Веры расплылось перед ним, как всегда бывает, если смотришь на слишком близком расстоянии и слишком долго.

– Да, конечно, любимый. – Вера никогда не видела Сашу таким, ее пугало состояние мужа, но вместе с тем она чувствовала себя как никогда счастливой.

Она откликнулась на Сашины мольбы всем своим существом, ликуя, что она все же нужна ему, вопреки всем сплетням, всем своим горьким думам.

– Ты ведь любишь меня? Любишь, да?

– Да, да, да, конечно. Больше всех на свете.

Саша слушал эти заверения в любви и преданности, блаженно закрыв глаза. Две женщины – Вера и Лидия – слились в одну, а с ними вместе жизнь и смерть переплелись меж собой. Саша почувствовал в себе силы подчинить их, в нем пробудились силы титана.

Саша прижимал к себе Веру до боли, но она не посмела оттолкнуть его.

А в его воспалённом мозгу уже не стало различия между Верой и Лидией, ровно как между жизнью и смертью.

Любовь дана нам свыше,

Она нам Божий дар.

Она душою слышит,

Ей чужд любой навар.

Когда идёшь на жертвы

И отдаёшь себя,

Когда готов ты первый

Бороться, уступать.

Не бойтесь, что вам трудно,

Сей труд отточит вас,

Познаете вы чудо

Любви здесь и сейчас.