Лицо со шрамом

Ба, да с пушкой в кармане он ничем не хуже Аль Спинголы!

Так накручивал себя для храбрости Тони, хотя в глубине души задавался вопросом, что станет делать, если придется схлестнуться со Спинголой в схватке не на жизнь, а на смерть.

Вивиан вышла раньше обычного – блистательная и благоуханная, как всегда. Ее жесткое лицо обрамляла шляпа с громадными полями.

– Божечки! «У Мэри был барашек»[1 - Американская детская песенка о барашке, который всюду ходил за хозяйкой.]. Наш прилипала снова за свое.

– А то! – ухмыльнулся Тони.

 – Кстати, я раздобыл бабки и мотор, как ты хотела.

– Правда? – насмешливо ответила она. – Да ты, пострел, выбиваешься в люди!

С лица Тони слетела улыбка.

– Знаешь, сестренка, кончай дурачиться! – буркнул он, схватив ее за руку. – Мы с тобой сегодня прошвырнемся.

– Да?

– Да! Так что решай уже и пошли.

– Ладно, – устало согласилась она. – Все равно до завтра с ухажером не свижусь, почему бы и не дать тебе шанс? Но смотри, чтобы нас не застукали вместе, не то Аль прослышит.

 – Вивиан чуть вздрогнула. – Он опасен, малыш. Так что поезжай к углу Тейлор и Сангамон и жди. Я возьму такси и буду минут через пять.

– Не наколешь?

– Ни в коем разе.

– Смотри у меня, – пригрозил Тони. – Не то завтра подниму в твоем кабаре такую пальбу, мало не покажется.

Он сел в родстер и с ревом унесся, чувствуя себя важной шишкой. На условленном углу побурчал под нос в нетерпеливом ожидании, суля обманщице страшные кары, но она все-таки явилась и торопливо села рядом. От соприкосновения бедер, в тесноте машины прижатых друг к другу, Тони пронизала внезапная дрожь.

Вивиан метнула на него взгляд, и в ее зеленоватых глазах вспыхнул странный огонек – она ощутила револьвер.

– Не боись, крошка, – ухмыльнулся Тони. – Я пущу его в ход, только если приспичит.

Молодые люди поехали в ресторан на Северной стороне, известный уединенностью своих столиков. Устроились друг против друга в отдельном кабинете наверху и заказали изысканные дорогие блюда и две бутылки шампанского.

В те дни настоящее шампанское еще подавали чуть ли не в каждом ресторане.

После еды, когда на столе остались лишь вторая бутылка и пара фужеров, Тони пересел ближе к Вивиан. Та уже дошла до стадии, на которой время от времени с шумным «Уф!» остужала лицо дыханием – словно пыталась сдуть волосы с глаз.

– Ну, детка, как себя чувствуешь? – потянулся Тони к ее руке.

– Малек жарковато, – хохотнула она.

– Мне тоже.

Тони завез ее домой почти в пять утра.