Фристайл. Сборник повестей

В век космических кораблей наша промышленность имеет мизерное количество счётчиков расхода воды, пара, электроэнергии, водорода… Что там говорить – простых термометров для аппаратуры, изобретённых ещё Галилеем, на наших заводах не хватает!

Шум в зале стал сильнее. Председатель поднялся со своего места. Постучал карандашом по графину.

Соколов вздохнул, откашлялся и, уже не заглядывая в тезисы, глядя прямо в лица сидящих перед ним, продолжил.

– Я думал, после всех этих взрывов и пожаров, после гибели людей, после того, как мы потеряли несколько заводов, на всех этажах министерства будет обстановка «чп», в каждом кабинете будет обдумываться вопрос – случайность это или закономерность… Но глубокого анализа так и не было сделано… А ведь коммунисты Карпов и Сидоренко на своих постах замов министра несут прямую ответственность за всё произошедшее…

– Вот и до замов добрался… – Сказал пожилой мужчина своему соседу.

– Между прочим, – отозвался тот, – его документы оформляют на Героя соцтруда…

Его сосед беззвучно присвистнул.

Голос Соколова окончательно осел. Он отпил глоток воды из стакана и закончил.

– Дорогие товарищи! Извините меня. Я был резок в своём выступлении, но по-другому я сказать не мог. Давайте по партийному вдумаемся в то, каким тревожным было выступление Генерального секретаря на Ноябрьском пленуме: «Революция в науке и технике требует кардинальных изменений в стиле и методе хозяйственной деятельности, подлинного уважения к науке, умения и желания советоваться и считаться с ней»…

Двери конференц-зала, выходящие в просторный холл, распахнулись одна за другой.

Сразу стало очень шумно и многолюдно. Мужчины дружно похлопывали себя по карманам в поисках сигарет, лица людей оживились, приобретали своё обычное естественное выражение. Толпа постепенно расплывалась по лестницам, коридорам и лифтам.

– Да… – Неопределённо покачал головой один из группы собравшихся у окна. – Ничего не скажешь…

– А мне его просто жаль… – отозвался другой. – Мужик он, конечно, честный, но наивный и в обстановке совершенно не ориентируется.

Не понимает, что сейчас вот так…– он описал в воздухе дугу, – гораздо большего добьёшься, чем ежели будешь лезть напролом.

– А немного ли он на себя берёт?! – Вмешался в разговор ещё совсем молодой работник министерства. – Изображает из себя какого-то прокурора… Кто он вообще такой, этот Соколов?!

– Кто такой Соколов? – Повернула к нему голову случайно проходившая мимо пожилая сотрудница. – Коммунист.