Код Независимости

Когда ей тяжелую и высокую дверь открыли, и она, переведя дух, хотела снять плащ, она услышала:

– Глафирушка, не раздевайся. Я тебе вынесу книгу.

Она услышала голоса из квартиры.

– У мужа раут, – сказала подруга. – Уж прости.

Она положила на руку Глафиры том в коричневом коленкоре.

– Читай. Я потом позвоню. Мне очень важно, что ты скажешь.

Глафира очнулась уже на улице.

Пришла в себя, от того, что смеялась. Не истерически смеялась, а весело.

Она отдала книжицу проходящему мимо студенту.

Тот даже почему-то не удивился.

А Глафира, чувствуя невероятную в себе свободу, поняла вдруг, что ей очень захотелось на гаражную крышу, к малярше, взять кисть и помогать ей в этом загадочном действе, расширении обновленного чистого пространства. И они бы красили и говорили, говорили. Глафира знала, что им есть о чем поговорить. Хотя бы о ромашковом автомобиле, который стоял под этой перекрашенной обновленной крышей. И был тоже загадочным и необычным гостем этого дня Глафиры, которая поняла, что всё – красиво, и малярша, и ромашковый автомобиль.

И она, в своем домашнем простеньком платье.

И от этого понимания нашло на неё теплое и улыбчивое последушие, как послесловие к прожитому в понимании дню.

Провансальная тетрадь,

15 ноября 2021

Палач

Летом он работал палачом. Ходил по центру города в черном балахоне и красном колпаке. Костюм ему сшила жена Лена, которая сразу как-то придумала для него этот наряд, тут же сшила и выставила его, Костю, на улицу.

Зарабатывать деньги, пока город был забит туристами, и мрачный вид Константина вызывал в них восторженный ужас.

И они сами бежали к нему, чтобы сфотографироваться, и даже иногда брали у него футляр пустой от топора и нежно прижимали его к груди или устраивали у себя на плече и делали селфи.

Костя никак не мог понять этой притягательности, но люди шли, и он хорошо зарабатывал на этом их странном дерзком желании, обнять палача.

Пусть игрушечного, костюмированного, но страшный угрожающий колпак его и маска всем казались симпатичными. Иначе как можно было объяснить его популярность?

У Кости был перерыв, который он сам себе назначал, иногда образовывалось вдруг безлюдье, он шел в ближайший киоск за свежей газетой, булочкой и водой. Чтобы присесть где-нибудь в укромном местечке ближайшего двора, поесть, попить и прочитать возможные новости.