Минуемое

Черное одеяние ниспадало на землю, как будто было сшито для кого-то более рослого, к тому же было протерто во многих местах, словно старик не гнушался сном вне стен своего жилища. Джейсон не стал прикидывать его приблизительный возраст, решил только, что старик старше его если и не в три раза, то явно больше, чем в два. Морщинистое лицо с крючковатым носом и разбухшими веками словно взяли у какого-то сказочного героя, седая борода свисала до груди, на голове покоилась свернутая калачом тряпка. Старик не был горбатым, но немного вытягивал вперед шею, как будто находился под чьим-то непрерывным надзором.

Джейсон снова переглянулся с Мартином, тот не переставал ухмыляться, очевидно, находя созерцание горе-пророка не самым дешевым развлечением. Мяч снова закрутился на его пальцах.

– Ты кто? – обратился Джейсон к старику, не сильно надеясь получить ответ. Тот продолжал молчать, но взгляд его как будто стал печальнее.

– Цену набивает, – съязвил Мартин без стеснения, делая вид, что следит за вращением отнятого у местной детворы мяча.

Старик вдруг высоко задрал голову, причем сделал это с такой непреклонностью, словно ему надоела твердость его шейных позвонков. Джейсон невольно повторил за ним. Солнце было не вверху, а уже где-то сбоку. Небо неумолимо краснело.

– Там женщина, – изрек вдруг старик с непереносимым акцентом.

Мяч закрутился медленнее, сердце Джейсона, наоборот, ускорилось.

– Где? – спросил Мартин.

Старик не отвечал, продолжая следить за впитывающим земную боль небосводом. Джейсону вдруг стало немного по себе – слишком уж странным был старик. Вспомнил рассказ Мартина, те несколько раз, когда он сам видел старика издали. Встретившись с ними теперь, старик словно решил вдруг переоценить свои поспешные намерения.

Старик опустил голову. В глазах его была усталость.

– Там, – ответил он, указав рукой куда-то в сторону.

– И кто она? – поинтересовался Джейсон, чувствуя, как под одеждой выступает пот.

Старик вдруг побледнел.

– Моя дочь, – ответил он почти шепотом, как будто ему стало стыдно перед самим собой.

Мартин перестал крутить мяч и подступил к старику.

– И сколько ей лет?

– Примерно как вам, – ответил старик еще тише.

– И ты нас приглашаешь, да? – Мартин тоже немного понизил голос.

Старик опустил голову, грудь его тревожно поднялась и опустилась, словно проколотый насос.

Мартин переглянулся с Джейсоном.