Планета Навь

Сколько бы профсоюзных лапиков не поналетело на дымящуюся кучу – а вызвать их надо – решение будет принадлежать вот этому, в набедренной повязке.

Энки обернулся к кому-то в пиджаке и пожаловался доверительно:

– Заели. А тут ещё какой-то редактор.

Тот смущённо что-то и невнятно сказал.

– Извините, не расслышал, – искренне рассыпался Энки, рука на груди, – а! вот и ты. Вот и ты. Всё летаешь.

Походка командора, неторопливо вылезшего из катера, а вовсе не выпрыгнувшего лихо, ношеный, но безупречный мундир, сам вид катера, глядевшего солдатиком, а не шансонеткой, говорили о внутреннем достоинстве, не нуждающемся во внешних подтверждениях.

Словом, тоска. Глаза голубые, Солнце пытается запутаться в волосах. Эх. Оп-па.

Энки двинул к брату с распростёртыми, показывающими щуку, что ли, руками.

– Как изменился, как изменился. Ах! Подрос, ты что ли. С тех пор, как не видались. – Мрачно закончил Энки клоунаду.

Энлиль поздоровался с десятником и кивнул кому-то за спиной Энки, сказав что-то приветливое.

Энки продолжал:

– А у нас тут бунт. Классно, правда? Настоящий, со всеми, так сказать, причиндалами. Вот я тебе покажу, ты посмотришь. Ты залюбуешься. Дожили, наконец.

Энлиль оглядел толпу, чуть подавшуюся назад при его появлении, и ничего не сказал. Энки зашептал:

– Ты мне их не запугивай. Я уж нужное знакомство завёл.

– Профсоюзного вызвал?

Энки с досадой отмахнулся.

– Да погоди ты. У нас настоящий мятеж, а тебе бы лишь бы всем помешать повеселиться.

– Энки, прежде чем вступать в переговоры, нужно дождаться юриста.

Одноглазый сусликом стоял мирно сбоку. Скромность, что ни говори, украшает существо мужского пола. Энки, показывая новую игрушку, головой показал – не пальцем же, невежливо:

– Вот… представитель коллектива.

Энлиль снизошёл, чтобы посмотреть в указанном направлении. Будь он помельче душой, будь поплоше сердцем – не посмотрел бы. Видал Энки офицеров в армии, где ему было так худо, так худо.

Опять же чёртово чувство достоинства и этот… как его… гуманизм – вот командорский набор. Энлиль посмотрел, правда, ни звуком, ни движением губ или чем-то таким в глазах не дав понять, что он увидел и увидел ли. Ну, так ему положено.

– Официальный представитель?

Энки залепетал, что профсоюз позже подъедет, а покамися, отчего не узнать настроений народных и, кстати, вот пользы от этого…

Но он умолк.