Глобус Билла. Первая книга. Почти человек

– Мне не показалось? Хорс… тут?

– А что такого, – сказал Ас, в то время, как подмастерье их уже вычислил и, нагнувшись к соседу, останавливая за локоть, сообщил, что здесь в гостях – сам… – Хорсы никогда не отделяли себя от всех остальных.

Издалека сквозь вздохи и хохотки к ним шёл старый мохнатый нибириец.

– Старина рыжий! – Закричал он. – Вот оно, солнышко наше! И с ним злой серый волк! Ну, что, господа, вы, стало быть, страдаете от жажды?

– Те, те. Те. – Сказал Билл. – Зарабатываете очки на будущее?

Мохнатый шеф-повар закатил глаза, сложил руки на выпуклом животе и воскликнул:

– Красная моя звёздочка! Наследничек кровавый! Если вы не будете проливать кровь направо и налево и не переполните реки Нибиру, уж мы-то молиться на вас станем!

Ас заметил:

– Нет, это будет жалкая струйка, не мощнее той, которой некто давеча оросил парадное крыльцо в столице.

Билл укоризненно сказал:

– Фу, мы же на кухне, тут кушают.

Вернулась женщина, поразившая воображение Билла и тонкая в белом пробралась среди выстроившихся слуг.

За нею пробиралось несколько фигур в пластронах и алмазах.

– Вот, – воскликнул шеф-повар, – гости, пожелавшие разделить с вашим высочеством схождение в ад! Как ты смела привести их сюда?

Женщина с чертами рода Хорс притворно потупилась, но губы её улыбались. Гости, подбирая подолы и придерживая пластроны, размещались среди пролетариев. Статс-дама, которая тоже была тут, сказала, ревниво взглянув на женщину Хорс:

– И мы разгадали ваше намерение, принц.

– Благодати, – перебил Ас, кланяясь, – которую обильно изольёт на своих подданных его высочество, когда высочество сменит на величество. Билл…

– И если тут есть Вечные, – громко сказал тот, – привет им также. Пусть запишут на папирус, что намерения мои чисты, как эти струи.

Статс-дама, к руке которой присосался Билл, шепнула:

– За окнами дождь пошёл.

– Воистину. А что же господин посол?

Она отмахнулась:

– Он всё ещё говорит о флаге. Сколько ткани пошло, да сколько иголок…

– А сколько женских рук, исколотых иголками!

И он поднял запястье дамы, любуясь. И пальцы, и алмазы были хороши. Тут раздался смех, и Ас зорко углядел, что эти слегка деланные басовые ноты исходят от мальчишки в мешковатом костюме замаскированного богача.

Все повернулись на смех.