Глобус Билла. Четвёртая книга. Дракон

Ас, стоявший у стола и продолжавший глядеть в самую глубину огня, встрепенулся и подойдя, поднял уголёк. В двух пальцах он светился. Ас не швырнул его обратно, а дождался, вертя в руке на свету, чтобы погас.

Потом подошёл и бережно вернул в камин.

Шанни и Иннан переглянулись лишь отчасти с иронией – да, лишь отчасти. Шанни, не глядя, протянула в пространство пустой бокал и все трое мигом бросились к ней, но она вновь поднесла бокал к губам.

– Там осталась капля. – Объяснила она, и закидывая голову, всё прижимала бокал к губам.

Иннан, как ни в чём не бывало, приластилась щекой к плечу подруги и забрала у неё бокал. Шанни задумчиво улеглась к ней на колени, и Иннан рассеянно гладила золотые рассыпавшиеся пряди.

– А у меня нескоро… – Молвила Шанни. – Только на равноденствие. Это уж в следующем году.

Иннан, как заметил Билл, суеверно глянула в окно через правое плечо. Там ледяной месяц старел…

– Почему же ты нам не сказала во время полёта?

Шанни отреклась:

– Я вас тогда не знала совсем.

Ас недобро скривил губы.

– Ты боялась, что мы напьёмся.

Ответ был достойный, как удар шпагой об шпагу, без затей:

– Я не боялась… я знала, что вы напьётесь.

Поворот к Иннан:

– Представь, Нюшечка. Они это сделали в первый вечер полёта.

– Это ужасно. – Согласилась Иннан, подчёркивая своей скромностью основательность отзыва. – Но ещё ужаснее иное, Шутик.

– Да?

Шанни уже, конечно, поняла. Иннан молвила:

– Они хотят узнать не только день и месяц твоего рождения…

– Да ну?

Они обе уставились…

– Да, я вижу.

– Но ты ведь прекрасна… зачем им это?

– Ума не приложу.

И Шанни назвала нибирийскую дату.

– Смотри, смотри… какие у них напряжённые лбы сделались. Там у них под лобными костями кутерьма.

– Выяснили? – Сочувственно отозвалась Шанни и толкнула Иннан, указывая кивком упрямого подбородка. – Губами шевелят…

Иннан подхватила:

– У меня калькулятор есть. Принести?

– Ну, хватит.

– У красоты есть начало. – Ловко подхватил опасную фразу егерь.

– А я-то тут причём? Ну, знаете ли.

Шанни смерила Билла уничтожающим мужскую самоуверенность взглядом и отвернулась, обращаясь к Иннан:

– Интересно, сколько той статуе из пустыни?

– У них время по-другому считают. – С неожиданной сдержанностью ответила Иннан. – Кажется.

Почуяв, что гнев иссяк, Энкиду мигнул Биллу.