Место встречи изменить нельзя. Гонки по вертикали

И бежал он наискосок, через улицу, прямо к танку, и в руке у него не было автомата, а держал он только связку, и я сообразил, что Парахину больше автомат не понадобится – он знал это и бежал, чуть пригнувшись, клонясь вперед от страха и ожидания страшного удара, но бежал, ни на миг не задерживаясь, дерганой нервной рысцой, и была в Парахине, тщедушном и сгорбленном, решимость и готовность умереть такая, что я уже не сомневался: «пантера» не налетит сзади на батарейцев, не примнет стволы к лафетам, не намотает человеческое мясо на гусеницы.

С бронетранспортера заметили Парахина, и пулемет развернулся к нему злым острым рыльцем, плюнул огнем, и пули, казалось, подкинули в воздух солдата, и в последнем этом мучительном парении он бросил связку в упор в ведущее колесо гусеницы…

– …Шарапов, пошли! Чего ты тут застрял – танка, что ли, не видел? – услышал я крик Гриши. В самом деле, танка, что ли, я не видел? И побежал догонять.

В бильярдной, несмотря на ранний час, народу было немало.

– Вон там, в углу, за четвертым столом – Копченый…

Матерчатые квадратные абажуры нависали над зелеными столами, и лица были скрыты в дымном полумраке. Наклонился, примеривая кий для удара, парень, нырнул в колодец света, ударил и, выпрямившись, опять растворился в багрово-серой темноте. Я рассмотрел чистое смуглое лицо, «политический зачес», худые руки и значок ГТО на лацкане. В светлый квадрат вплыл узбек в тюбетейке, ударил.

– От двух бортов в угол!.. Чужого режу в угол направо, своего в середину!.. Клапштос!

Узбек проиграл очень быстро, заплатил и стал снова расставлять шары, но Жеглов заявил непререкаемо:

– Одну минуточку! Проигравший выбывает. Теперь моя очередь…

Парень со значком взглянул на Жеглова, усмехнулся:

– Мое почтение, гражданин начальник.

– А что ж делать? Если гора не идет к Магомету…

– Никак я вам понадобился?

– Понадобился – партнера хорошего ищу…

– Так вы бы мне свистнули – я бы сам к вам пришел.

– Тебе, пожалуй, досвистишься. – Жеглов смотрел с прищуром. – С тобой как в детской считалочке: Валька – дурак, курит табак, спички ворует, дома не ночует…

– Спички я сроду не воровал, – серьезно сказал Копченый.

– Это я знаю, – кивнул Жеглов.