Пять граммов бессмертия (сборник)

Он поднес к бутыли запястье с часами – подарком мэра. Стрелки показывали раннее утро.

«А ведь я даже и спать почему-то не хочу», – подумалось ему.

Поежившись и втянув голову в плечи, дрожащей рукой Спец просунул серебряный ключик во чрево замка и приготовился к усилию для его поворота в замочной скважине. Но ключ провернулся на удивление с легкостью, и дужка замка под собственной тяжестью отпала, оставаясь висеть на кованых петлях. Кое-как сняв тяжеленный замок, Петрович, неумело перекрестившись, с силой уперся обеими руками в железную дверь.

С натугой она отворилась.

Спец опасливо шагнул внутрь маленькой темницы. Фонарь со светляками, видимо, решил окончательно подвести его в самый ответственный момент: бутыль в темноте была едва различима.

«Чертова старуха! – с горечью подумал Петрович. – Все-таки подвела меня под монастырь!»

Но почему-то именно эта мысль вдруг развеселила его, снимая накопившуюся тревогу с души и возвращая утерянное, было, присутствие духа. И все его последующие действия уже подчинялись трезвому рассудку.

Окончательно успокоившись, Спец отставил уже бесполезную бутыль и, напрягая глаза в кромешной тьме, стал обходить темницу по периметру, обшаривая стены руками. Он в детстве читал в какой-то книге, что именно так и делал главный герой. И тут же поймал себя на том, что с момента его приключения он слишком часто стал вспоминать детство.

– Ладно, продолжим осмотр, – сказал он вслух сам себе и понял, что так даже лучше – вслух не так страшно!

Он шаг за шагом ощупывал грубые стены в плотном покрывале паутины, не забывая при этом периодически простукивать носком ботинка и нижнюю часть стены.

Наконец на уровне груди его рука наткнулась на небольшое неровное углубление в стене, видимо, выдолбленное каким-то не слишком подходящим для этого предметом. У Петровича заколотилось сердце. Вот, похоже, и кончились его мучения. Цель прямо перед ним! Он глубоко вздохнул, прижался спиной к стене и сполз на земляной, почему-то совсем не холодный пол. Затем закрыл глаза и незаметно для себя крепко заснул.

Проснулся Спец в панике: во сне за ним гнался дед Щу-карь и пытался накормить горстью шевелящихся жирных червей. Он открыл глаза и долго не мог понять, почему он ничего не видит. Наконец, вспомнив, что с ним приключилось, он почувствовал сильнейшую жажду. Машинально он пошарил в карманах, и его рука наткнулась на спичечный коробок с хлебаком внутри. Тотчас же в памяти всплыли слова старухи-блохи о «матери родной».