По следам собаки

Лет тридцать назад, когда строился город, в проекте заложили парк, а чтобы не тратить время на выращивание в суровых северных условиях благородных березок и кленов, поступили проще. Огородили ажурной решеткой часть первозданной тайги, прорубили в чаще парочку извилистых дорожек, расставили по ним скамеечки и назвали все это парком культуры и отдыха. Получилось и, правда, здорово. В хорошую погоду в парке некуда было яблоку упасть от посетителей, а по осени в нем собирали грибы.

Я выбрал скамеечку под корявым кедром и расслабился, на редкость теплое солнышко приятно согревало тело, от кедра пахло хвоей и разогретой смолой.

А комары… Ой, да что комары, я к ним привык и не обращал на них особого внимания.

Мысли текли вяло, даже как-то лениво, и с каждым убитым комаром на щеке меняли свое направление, словно в телевизоре при переключении каналов. Сначала я думал, как хорошо сидеть вот так и ничего не делать… Шлеп… а расследование зашло в тупик… Шлеп… Интересно, позвонит ли мне Света из магазина и, если позвонит, чем это закончится.

Хотя она наверняка, как заядлая собачница, недолюбливает кошатников… Шлеп… Шлеп… Шлеп…

На очередном «переключении канала» мне вдруг вспомнился недавний визит к судмедэксперту, что он там говорил об укушенном? Точно, что пострадавший уверен в благонадежности покусившегося на его тело пса. И что мне в этой истории не нравится? Да то, что за всю свою жизнь я еще не встречал столь толерантно настроенных поеденных граждан. Как правило, совсем наоборот, спровоцировав животное на агрессию, и получив за это по заслугам, пострадавшие мигом бегут в милицию с требованием убить, застрелить, усыпить «бешеное и опасное животное, которое на людей кидается».

Конечно, возможен вариант, что хозяин собачки, не откладывая дела в долгий ящик, сразу же откупился от алкаша бутылочкой или двумя, а если нет?

Лавочка вмиг стала горячей и неудобной, а очнувшийся от спячки в моей нетрезвой голове охотничий инстинкт погнал меня обратно в больничные покои.

Лишь бы Николаич не увяз в операционной, тогда его можно ждать часами и уйти ни с чем.

Повезло, врач был на месте, обложился какими-то бумагами и быстро что-то писал, вписывал и заполнял. Бюрократия поразила всех, даже врачей.

– О! Здравствуй, сто лет тебя не видел! – воскликнул эскулап, а у меня по спине побежали мурашки, сколько же меня тут не было, пару часов или неделю, вот тебе и сто грамм.

– Так час назад же у Вас был, – осторожно сказал я.