Начальник. А у меня стрельбы!

В результате трехчасовой словесной баталии, Андрей оказался разбит в пух и прах, что его не удивило. За плечами «Доцента» остались тридцать лет научной и преподавательской деятельности, сомн трудов и публикаций, плюс ученное звание. Андрей же мог похвастаться лишь окончанием сельскохозяйственного техникума и мало внятным юридическим дипломом полученным в подозрительном негосударственном вузе с еще более сомнительной лицензией.

Тем ни менее результатом спора Андрей остался удовлетворен. Победитель смилостивился над поверженным оппонентом и согласился сделать все замечания, рекомендации и правки карандашом.

– Ты где так долго пропадал и почему моська такая довольная? – спросил Василий, когда Андрей вернулся в кабинет.

– А отчего ей не быть довольной? – пожал плечами Андрей, вновь погружаясь в дебри ящиков стола. – Мировой мужик этот «Доцент». Ага, нашел.

– Ты бухнул, что ли? – поразился Василий, перед которым уже выросла гора испорченных документов, которые ему предстояло переписывать и вновь вшивать в дела.

Андрей проигнорировал сей недружественный выпад, проверил качество ластика, на листочке, убедился что он стирает а не размазывает, открыл верхнее дело и аккуратно принялся наводить в нем порядок.

Василий, не дождавшись ответа, слегка запутавшись длинными ногами в ножках стула, ринулся к столу коллеги.

– Что это?

– Сам не видишь? Ценные и мудрые указания…

– Карандашом?! – выпучив глаза, прокричал Василий.

– Не шуми, – попросил Андрей, – «Рыжего» нам тут не хватало.

– Но как?! – тоном ниже спросил Василий, Слава выглядывал из-за его плеча.

– Я его просто попросил, нет, конечно, сначала пришлось поспорить, но в целом мировой мужик. С ним будет весело.

Василий выматерился и вернулся к себе.

– Я так понимаю моя очередь? – грустно уточнил Слава, ровняя стопку пухлых папок.

– Нет, я ему рекомендовал продолжить Тарасом, – бросил Андрей, прикидывая хватит ли ему ластика на все «Доцентовы» перлы.

– Ну и зачем такая подстава? – беззлобно спросил Слава. – Он же после этого в бешенстве будет.

– Ошибаешься, – улыбнулся Андрей, – полагаю после того как Тарас предоставит «Доценту» то, что по наивности своей называет делами, ваши труды прольются бальзамом на израненную душу нового руководства. Да и потом, час поздний, так что до завтра вы коллега совершенно свободны.

«Доцент» терроризировал оперсостав еще неделю.