Зодиак Улитки

Герой плачет, спускается вниз, падает на колени. А Архангел громко хохочет и стучит мечом по туче, создавая ударами якобы небесные гром и молнию.

Лишь один раз Феликс поднялся из бытовки на сцену, чтобы из-за боковой кулисы посмотреть на это чудо современной драматургии. Утолив любопытство, он тогда спустился обратно под сцену, где бригада обычно дожидалась окончания репетиции или спектакля, чтобы снова запихнуть все декорации в ангар на хранение.

Феликс помнил, что тогда сказал коллегам:

– На пути современной драматургии стоит Архангел Михаил.

Все улыбнулись, а Лопатыч сказал:

– По замыслу автора, Архангел должен быть абсолютно голым, только с мечом и с бородой.

– Серьёзно? – удивился Феликс.

– Ну, это же театр, – наигранно выпятил вперёд нижнюю губу Лопатыч. – Только режиссёр изменил концепцию, – и выдержав паузу, добавил, – голым будет драматург.

– Ясно, – кивнул Феликс, – какими приходим, такими и покидаем этот мир.

– Или кому-то удобно, чтобы с ними так происходило, – уточнил тогда Юрик.

Бригадир пристально поглядел на него, но ничего не добавил.

Сегодня Юрик отсутствовал по неизвестным причинам. На две руки в бригаде меньше. Да ещё это внеплановое собрание сожрало лишние минуты. Принялись за дело в ускоренном темпе.

Возле пульта, предназначенного для связи со звукорежиссёром или осветителем, уже появилась помощник режиссёра. Она включила дежурное освещение над пультом, положила на него сверху толстую кипу листов с текстом пьесы, уже исчёрканным вдоль и поперёк пометками и сносками.

– Леонид Палыч, – увидев копошащуюся бригаду, окликнула она Лопатыча. Затем молча указала ладонью на сцену и развела в стороны руки, изображая крайнее удивление.

– Пятнадцать минут, Елена Евгеньевна. Всё успеем, – заверил её бригадир.

Та лишь молча кивнула и продолжила готовиться к предстоящей репетиции.

Пока Саня с Серёгой выволакивали реквизит в виде стола и стульев, настольной лампы, каких-то комодов и чемоданов, Феликс с Лопатычем взялись за упомянутую башню. На хорошо смазанных колёсах с резиновым покрытием это чудо бутафорского гения вполне себе уверенно выкатилось из ангара и заняло своё место в выверенной режиссёром мизансцене.