Украденное будущее. Сборник рассказов

Как же тебя не любить? Как же тебя не желать? Сучка – Фортуна!

Отвернувшись от окна, Пол звонко хлопнул в ладоши и раскатисто захохотал, положив руки на пояс и слегка нагибаясь вперёд, будто кланялся невидимой гостье.

Теперь он прекрасно осознавал, что по-настоящему смог заслужить её благосклонность. Она призвала его.

Звёзды умирают красиво

Нельзя было сразу и безошибочно сказать о Лайоне: добрый он или злой, молчаливый или болтливый, щедрый или прижимистый? В Лайоне всё было так перемешано, что порой о нём говорили: «Да, он не в себе!», или «О, опять его понесло!».

Или уж совсем откровенное: «Лайон снова озверел!».

После такого замечания некоторые обитатели орбитальной станции планеты Зелтан старались как можно быстрее спрятаться по своим вахтовым каютам. Другие, кто похрабрее, напрягались, готовясь к любому продолжению событий. Конечно, приступы гнева или крайней раздражительности рано или поздно перетекали в умиротворённое состояние, чувство милости и всепрощения.

Но до этого, – спасайся, кто может…

Конкретно сегодня Лайон вышел из себя из-за того, что на станцию не доставили глюкозо-энергетические батончики Марасат.

Сначала все услышали недовольный раскатистый рык, от которого чуть не повылетали овальные иллюминаторы «Стикса-3», затем раздалась сердитая тирада, состоящая наполовину из недовольства организацией доставки, и наполовину из отборного Зелтанского сленга, переводить который никто бы не рискнул. Слишком пошло.

Смысл ругани сводился к одной мысли: батончики Лайону жизненно необходимы, а в службе доставки работают, выражаясь крайне мягко, космические идиоты, у которых вместо мозгов сорок четыре чёрных дыры. Количество дыр всегда упоминалось одно и то же, независимо от уровня недовольства Лайона.

Вышагивая по округлому коридору станции, Лайон тряс мохнатой гривой и нервно махал из стороны в сторону хвостом с кисточкой.

Всякий знает, и история Вселенной тому яркое подтверждение, что если существует самопровозглашённый тиран или диктатор, то рядом с ним обязательно ошивается самопровозглашённый лизоблюд и идейный подпевала.

Обитатели станции были убеждены, что для Лайона эту роль играл Глорги, полосатое чешуйчатое существо не известной ни для кого породы. Чёрные полосы в любое время дня и ночи оставались чёрными, а вот белые, в зависимости от настроения и мыслей их хозяина, могли принимать тот или иной оттенок.