Венера. Архаизмы

Далеко впереди, у горизонта, она скрывалась в тусклом лиловом мареве, пронизанном смутными вспышками. Первые километры проехали в молчании. Юра сосредоточенно глядел на отсвечивающую красным блеском прямую ленту шоссе, бегущую под колеса вездехода. Затем водитель задумчиво спросил:

– А не познакомиться ли нам?

Юра с любопытством поглядел на него. Водителю было тоже не больше двадцати лет, у него было смуглое живое некрасивое лицо, и не знакомиться у Юры не было никаких оснований.

– Меня зовут Юрий, – сказал Юра.

– Меня зовут Василий, – сказал водитель. – Горчаков. Сын Иванович.

– Рабочий? – деловито спросил Юра.

– Рабочий. Сервомеханик.

– А я – сварщик, – сообщил Юра.

Водитель изумленно поглядел на него.

– Как сварщик? Вы же стажер.

– Это я как бы стажер, – доверительно сказал Юра. – На самом деле я сварщик. Вы давно здесь?

– На Венере? Скоро два месяца. Мне скоро сменяться.

Что-то широкое и темное соскользнуло с низкого красного неба, пересекло дорогу и скрылось в пустыне.

– Что это? – взволнованно спросил он. – Живность какая-нибудь?

Василий помолчал, включил яркую фару и ответил:

– Не знаю. Возможно, действительно живность. С болота залетает тут всякое. На болоте этих тварей черным-черно, как черна ворона.

– Птицы?

– Почему именно птицы? Я же говорю – никто не знает. Да нужды нет, и так обходимся.

Юра презрительно сказал:

– А надо бы знать.

– Мы здесь не для этого, – веско сказал Вася.

Юра огорченно пожал плечами. Его всегда огорчали нелюбопытные люди и люди без фантазии. Не интересоваться такими предметами, как живность на иной планете, представлялось ему признаком духовного убожества. Василий Горчаков сын Иванович, словно оправдываясь, пояснил:

– В свободную охоту нас не пускают, это только биологи на болота таскаются. А мы – до Голконды и обратно. Как-то несколько человек сходили на болота, не послушались – так их, добрых молодцев, того… выше дерева стоячего.

– Что? – не понял Юра.

– Ну… наказали, стало быть, по нагому телу, рассекли белы бедра до черна мяса…

– Не понял, – честно сказал Юра, отогнав с некоторым затруднением от себя мысленные зрелища телесной расправы.

– Короче, сразу с аттестацией вернули на Планету.

– Почему сразу так нельзя сказать? – возмутился Юра.

Водитель только улыбнулся. Юра сердито замолк.