Полное собрание сочинений. Том 8. Педагогические статьи 1860–1863 гг. Об общественной деятельности на поприще народного образования

Другой вопрос: почему Комитет именно грамотности, когда многие находят, что грамотность вредна, – я и не ставлю, – на него можно ответить так различно.

Читателям, интересующимся этим делом и желающим видеть, как русское общество (которое, будто бы, так недовольно бюрократией) жить не может без бюрократии, и как бюрократическое устройство полезно для прикрытия пустоты и бессмыслия содержания. Этим читателям я советую прочесть журналы Комитета и прибавления. И устройство бюро (что такое бюро?), и постановлено, и принято к сведению, и комиссии, постоянно возникающие, и величественный тон благодарностей, и согласие и пустота, такая же, какую найдешь в каждом штате присутственного места.

Для примера того, что там пишется, выписываю журнал и прибавление: «Взгляд крестьянина на грамотность», припечатанный с благодарностью.

ЖУРНАЛ ЗАСЕДАНИЯ КОМИТЕТА ГРАМОТНОСТИ 24 ФЕВРАЛЯ.

«В этом заседании присутствовало 13-ть членов и 2 гостя; хотя по программе оно назначено было преимущественно для обсуждения вопроса о мерах распространения грамотности в лесистых и болотистых местностях северных губерний, но, по причине незначительного числа присутствующих, а главное, по случаю отсутствия г.

Зотова, рассматривавшего, по просьбе бюро, записку протоиерея Гиляровского, предварительно доложены были:

1. Записка корреспондента общества Черниговского помещика Сердюкова, о мерах всеобщего распространения грамотности. В этой записке г. Сердюков, объясняя затруднения о невозможности рассчитывать на распространение грамотности чрез духовенство, говорит, что грамотность распространяется медленно не столько по нежеланию крестьян, сколько по недостатку средств и теплого участия в этом деле, как, например, у евреев, где грамотность обязательна.

Вследствие этого, для достижения всеобщего распространения грамотности, г. Сердюков полагает взять единовременно из каждой деревни где нет вовсе грамотных, по одному мальчику с 50 душ и отдать на год в уездные училища, а потом на 7 лет в семинарию. По окончании курса отправить воспитанников учителями в деревни, а крестьян в этих деревнях обязать отдавать учиться детей своих обоего пола по достижении ими 10-летнего возраста. Затем идет объяснение подробностей относительно надзора за обучением, о порядке обучения и средствах на это. В обсуждении вопросов, возбужденных этою запискою, принимали участие: гг. Варадинов, Дубенский, Ермаков, Петрушевский, Студитский и барон Фитингоф.