Снега Аннапурны

Старик медленно брёл по улице, затем свернул в переулок налево. Он внимательно смотрел по сторонам, будто что-то искал на земле.

Может быть, это тёмный эльф из сказки, и он ищет клад?

Но вот «эльф» нагнулся и что-то подобрал в траве под пыльной акацией. Бутылка! Старик-эльф собирал бутылки.

Странный старик.

Последовав за ним и дальше, мы убедились бы, что каждую найденную бутылку он тщательно рассматривает, после чего достаёт огромный лист картона с рисунками, разглядывает его и затем что-то записывает в мятой школьной тетради.

Может быть, это учёный-социолог, и он готовит диссертацию на тему «Что пьют в городе Одессе?»?

Интересный старик, но загадочный.

Ещё часа через 3-4 старика можно было видеть на Малой Арнаутской улице. Он по-прежнему катил перед собой тележку.

Старик идёт всё так же медленно, но больше не смотрит по сторонам и вниз. Наверное, он уже собрал достаточно большую коллекцию бутылок. Город проснулся, светит солнце.

Дети бегут в школу, спешат на работу взрослые. Старый человек пристально, с каким-то жадным любопытством, вглядывался в лица людей, особенно, детей. Так смотрят на близких или друзей, которых не видели давным-давно.

На старика никто не обращал внимания, но ему, видимо, нравилось идти по улице среди городской суеты в этот утренний час: иногда он даже слегка улыбался.

Добравшись до своей двери, он открыл её огромным, будто из сказки, ключом, распахнул дверь, так что она наполовину перегородила узкий тротуар, и вкатил внутрь тележку.

Потом закрыл дверь изнутри.

Старика звали Григорий Иосифович Муляр.

Не так давно он отметил своё 90-летие.

Хотя «отметил» – это громко сказано.

Накануне он подобрал на Привозе, в брошенном ящике, оставленные кем-то несколько помятых абрикосов. Тщательно срезав с них части, уже поддавшиеся гниению, он положил их в холодильник. Кроме того, вечером он купил в магазине булочку с кунжутом за 3 гривны (самое дешёвое хлебобулочное изделие в этом магазине) и пачечку шоколадного масла, которое очень любил.

И утром, в день юбилея, придя домой с обхода, съел на завтрак эту булочку с шоколадным маслом и абрикосы, вкус которых он совсем забыл.

А вечером зажёг на столе у окна, возле портрета мамы, поминальную свечу. Когда-то, лет 20 назад, ему прислали эту свечу из Израиля. Она была толстая, в жестяном панцире. Свеча горела 25 часов.