Ангел на практике

Ангелы внимали этому диалогу. Ира, как всегда укоризненно, Фима – с недоумением.

В этот момент на открытую форточку кухни вспрыгнул роскошнейший кот, огромный, черный, с белыми усами и «манишкой». Зверь издал капризно-укоризненный вопль, типа, «сами едите, а братьев своих меньших не кормите!». Александр стоически вздохнул и выложил на блюдечко несколько кусков филе. Котяра благосклонно принял дань, с урчанием вгрызаясь в мясо.

– Пойти еще, что ли, барбоса с улицы привести? – задумчиво протянул Александр.

– Зачем? – полюбопытствовал Филя.

– А тогда совсем квартирка на Ноев ковчег будет похожа… – устало отозвался хозяин. Кот облизнул усы и удалился. – Вот же зараза соседская. Пришел, пожрал и ушел… Хоть бы остался, помурчал… Зато курицу в духовке за два балкона чует…

– Сима! – между тем поймав чрезмерно пристальный взгляд курсанта, устремленный на курицу, тут же предостерегла новичка Ира. – Нам не стоит. Сначала будет вкусно, а потом плохо.

– Да знаю, – вздохнул курсант. – Но интересно же…

– Результат тебе не понравится. Поверь ангелу, проведшему на земле уже почти семьдесят лет.

– Ты это так сказала, словно девушке таким возрастом стоит гордиться, – хохотнул Филя. – Кстати, курсант, а тебе сколько лет?

– Сто шестнадцать! – гордо вздернул нос Серафим, явно довольный столь внушительным возрастом.

– Ирише триста пятьдесят пять, мне – шестьсот двенадцать, – криво ухмыльнулся демон, не отрывая хищного взгляда от курицы, которую разделывал Александр.

– Вопрос повис в воздухе, – вздохнул падший, поводя лопатками, словно чувствуя любопытный взгляд курсанта. – Скажу только, что я старше вас. Давайте есть.

– Эх, опять не проговорился! – разочарованно вздохнул демон, поудобнее устраиваясь за столом.

Глава пятая. О трапезе мирной и различении духов, чистых и нечистых

– Восславим же Отца нашего небесного, за то, что послал нам пищу нашу насущную, – сложила руки на груди Ира.

– И от меня папе привет передавай, – хмыкнул Саня, откидываясь назад и опираясь спиной на стену. Руки он демонстративно скрестил, не желая присоединиться к молитве. Филя поднял наполненную теперь уже коньяком рюмку и провозгласил:

– Да, я тоже рад! Дорогой, уважаемый враг, ты не оставляешь нас всех своими милостями! Хорошо, однако, быть демоном! Передо мной мясо, перед ангелами – салатик.