Серый волк

Ну, как-то про умершего такое писать… Сами понимаете. Меня вообще удивило, что он так зло о нем отзывался. У меня тоже соседка не очень по характеру, но, мне кажется, если бы она стала жертвой маньяка, я бы не стала говорить о ней плохо.

«А если бы ты стала жертвой?»

Сергей улыбнулся. И резко одернул себя. Хватит этих игр!

– Я, честно говоря, даже подумала, может, это он его убил… Я бы провела расследование, но мне редактор не разрешает, – пожаловалась журналистка.

– Думаю, не стоит, – заметил Сергей.

 – Мне кажется, это опасно. Ведь, если он действительно убийца, а вы его раскроете, он, ну, понимаете…

– Типа, убьет меня? – весело спросила девушка.

– К примеру, – осторожно согласился Сергей.

– Я ведь журналист, – сообщила она ему успокаивающе, как бы напоминая, что у нее есть страховка на все случаи жизни.

Сергей чуть было не рассмеялся в голос.

– Ну да, – снова согласился он. – Ладно, я, пожалуй, съезжу к нему. Большое спасибо за помощь.

Ехать уже не имело смысла. Он выяснил, всё, что хотел. Человек, с которым Тараскин жил в одной квартире, земляк, между прочим, после зверского убийства отзывается о нем, мягко говоря, нелестно. Это показательно.

И что. За это его убивать?

«Но я же не приговор выношу. Я просто пытаюсь выяснить, какая у меня система, – оправдывался Сергей перед собой. – Если она вообще есть. Должна быть. У всех маньяков есть система. А я один из них».

И все же. Один человек –не показатель.

Он должен узнать о других.

Глава 8. Следователь

«Пора заводить инстаграм», – подумал Андрей, разглядывая фотографию жертвы. Тело нашли через четыре дня после убийства. Не самое приятное зрелище. Андрей рассматривал фотографии уже минут тридцать. Материалы он позаимствовал и помнил, что до полудня их надо вернуть.

В кабинет без стука вошел начальник. Майор был старше Андрея, и теперь с нетерпением ожидал выхода на пенсию. Следить за весом при таком безумном рабочем графике ему не особо удавалось, в последнее время раздражало высокое давление, а снижаться ему, имея в распоряжение такого сотрудника, как Андрей, было не с чего.

Нет, с одной стороны, Андрей ему нравился. В последние пятнадцать лет людей, работавших за идею, почти не осталось, и на Андрея он посматривал со смешенным чувством уважения и раздражения. Уважение вызывало стремление следователя всё сделать правильно.