Избыток сердца

Нарушив гармонию, ветер

стихийные волны нагнал

и шквал густых междометий

нашёл вдруг родной причал.

Послушай

Послушай новый мой стих,

я в нем пишу о тебе.

Прильни к плечу моему,

тепла нам хватит двоим.

Ласкает слух голос мой,

я нежно строки шепчу.

В камине дышит огонь

и греет снежную ночь.

Ладан

Церковным ладаном проник

подол сатинового платья

и ветер юности горит,

витает в небе белый ангел.

Две судьбы в одну сплелись,

а сердце нежное девчачье

трепещет, рвётся из груди,

затмил глаза ей демон страха.

И улыбается весна,

а солнце льётся на планету,

любовь торопится, слегка,

упал букет цветов на землю

Ноктюрн

В озёрах чистых ваших глаз,

смущаясь скромностью великой,

я вижу, душенька, всю вас,

я весь пропитан томной мыслью.

Так плавно кисти ваших рук

скользят по телу фортепиано,

слова слетают с нежных губ,

я их ловлю, я их вдыхаю.

Пламёна искренних свечей

слились в едином пылком танце

и греет вечер всех людей,

кто вами счастлив любоваться.

Останься навсегда во мгле

то время, что без вас я помню

и я готов служить судьбе

лишь рядом с вами быть, как воздух.

О, как стремительна душа!

Как кружит голову мгновение,

как вихрь снежный за окном

влечёт в холодное забвение.

О, что творит ваша игра!

Как мило платье на бретелях,

как упоение сквозняка

ласкает локоны у шеи.

А сердце из груди моей

всё так и просится на волю.

Отныне не желаю дней,

что не наполнены любовью.

Рассвет

Благодарю рассвет тебя

за новый шанс и луч надежды,

за чувство смелое, жива,

что тело рвётся на свершения.

Благодарю тебя, не злись,

ошибки прошлые прости мне,

ты страх смахни с моих ресниц

и за спиной создай мне крылья.

И, словно ветром без границ,

ты счастьем время преисполни,

и грандиозность мечт моих

пусть вдохновляют тебя тоже.

Благодарю за все блага,

росой умыты, словно дети,

мы без любви твоей пока

не научились петь куплеты.

Белый парусник

Белый парусник, идущий на восток,

на восходе розового цвета,

разрезая гущи облаков,

держит курс на побережье лета.

И сводя с ума морскую гладь,

пробуждая в ней большие волны,

совершенно, будто, не боясь,

он, взлетая, плюхается в пропасть.

Смельчаку крылоплескают птицы,

шумом, гамом чествуют его,

а ему нельзя на мель садиться,

он без глубины почти ничто.