Похмелье

– Блять, ну ты же можешь быть нормальным! – иногда кричала она.

Наверное, могу. Просто дается это как-то слишком тяжело.

Лодка на середине озера, ребенка бросают за борт. Хочешь жить – выплывешь. Так учат плавать детей, у которых это долго не получается.

Мне же казалось, что меня научили так жить – бросили за борт, но забыли рассказать правила. Не объяснили, как грести, не показали технику. Получается только барахтаться, но я не плыву. Плыть в сраном озере под названием «жизнь» я так и не научился.

Я немного опомнился и понял, что уже находился в метро и покупал жетон. Я научился определять день недели по количеству людей внутри станции. Народу немного, можно было даже присесть на скамейку, – скорее всего сегодня воскресенье. Неплохой для работы день. Я надеялся, что пройдет он относительно спокойно.

Хотелось спать.

Я не успел присесть на свободную скамейку, как уже подъехал поезд. Пришлось перемещать уставшее тело внутрь него. Глаза слипались, но уснуть было тяжело.

Если бы только вибрация моего тела совпала с вибрацией поезда… Но мой противник в виде похмелья был слишком силен. Я дрожал и буквально подпрыгивал на сидении.

Хорошо, что сегодня воскресенье, вагон был полупустым. Я мог спокойно сесть и не думать о том, что нужно уступить кому-то место.

Мне хотелось, чтобы этот поезд ехал вечность и никогда не останавливался.

Дорога до работы была еще короче, чем дорога от дома до метро. Я понимал, что мне нужно было выпить, поэтому пришлось через силу ускорить шаг, чтобы поскорее оказаться в месте, которое мне не очень нравилось. Не нравилось все 4 года, что я здесь работал.

На улице было тепло. Пятно на футболке почти высохло. Внутренности чувствовали себя хреново: тело продолжало трястись в бешеном танце, руки дрожали, лимонад не помогал в борьбе с невозможной сухостью во рту.

Как только потянулся за сигаретой, послышался новый рвотный рефлекс, но я не перестал за ней тянуться. Да, курящий человек не всегда курит только потому что хочет.

Сигареты была невкусной. Но она отдаляла меня от места, в которое я продолжал ходить по не совсем понятным причинам.