В пограничном слое

В этой почтенной гостинице практиковалось и не такое. Мой двоюродный брат Сережа, нередко работавший на горнолыжных соревнованиях в судейской коллегии, рассказывал мне, как однажды, припозднившись на горе, он попал в ресторан «Иткола» уже после закрытия его в качестве столовой, но еще перед открытием в качестве собственно ресторана. Однако он в силу своих личных качеств всегда пользовался успехом у девушек, и его посадили обедать где-то сбоку, когда в главном зале уже началось общее собрание сотрудников отеля.

Среди разных вопросов, важных для трудового коллектива, выступавший с докладом директор коснулся одной щекотливой темы. –«Жанна, – сказал он, обращаясь к одной из сотрудниц, – вы ведете себя как проститутка!» Коллеги отреагировали на это незамедлительно с целью точно определить характер деятельности Жанны. Сразу с нескольких мест директора поправили репликами: «Не как проститутка, а как блядь – она денег не берет!». Впрочем, в соответствии с принятой в отеле классификацией, там имелись не только бляди, но и проститутки, в том числе и гастролерши. Одну из них, также обосновавшуюся в «Итколе», я заметил еще среди пассажиров самолета, на котором мы с Риной летели из Москвы в Минводы, и тогда же опознал в ней именно проститутку, а не просто одинокую молодую женщину, отправляющуюся отдыхать и кататься на горнолыжном курорте в поисках романтических приключений. Что склонило к этому определенному выводу меня, не имевшего абсолютно никакого практического опыта общения и с проститутками, и даже с бескорыстными, но неразборчивыми блядями или, как еще называли некоторых из них, с «честными давалками»? Ничего кроме личных визуальных наблюдений. Во-первых, эта женщина бросалась в глаза тем, что была одета в ярко-красную шубку из искусственного меха с широким капюшоном, хотя и оставляла свою голову искусственной блондинки неприкрытой на морозе в аэропортах Внукова и Минвод. От ее манеры бросать быстрые оценивающие взгляды вбок и назад жесткими наблюдательными глазами веяло профессионализмом, а не романтикой. Она расположилась в самолете двумя рядами кресел впереди от нас с Риной, и я видел ее в полный рост, когда она в проходе снимала с себя красную шубу. Тогда на ней обнаружился сливочного цвета пиджак с двумя разрезами, но не по бокам, а точно посредине каждой ягодицы, что не было еще атрибутом массовой моды и тем более успешно акцентировало внимание наблюдателей на ее вполне выразительном заду.