Болезни наши

Голос отца Андрея дрогнул, ему непросто давались слова:

– И он сокрушённо ещё добавил: «Знаете, как это бывает у обманутых супругов? Однажды утром все пазлы складываются в нестираемую картину. Там она что-то сказала, там опоздала, здесь почему-то не ругалась, кто-то что-то видел, кто-то намекал, кто-то загадочно шутил. Но всё это в движении, картинка смазана, не разобрать. И вот замковый пазл и железобетонная мозаика давит и вашу любовь, и вашу веру. И всё становится понятно: когда, зачем и почему».

– Должно быть, знал, о чём говорил, – не открывая глаз, вставил Попович. Некрепко спал.

– Моему прихожанину, – продолжал отец Андрей, – пособия по психиатрии дозированно выдавали пазл за пазлом. И он не мог им не верить. По сути, они не спорили, есть Бог или нет. Они просто убеждали его в том, что он сам сумасшедший. А сумасшедшим всегда что-то мерещится. В связи с этим его вера обесценилась и превратилась в диагноз. Обезличился и он сам. И не устоял. И, боюсь, с радостью бросился в объятия настоящего безумия.

– Что-то мне подсказывает, что вы больше не встречали его, – сказал гость.

Отец Андрей из стороны в сторону горестно покачал головой.

– Как-то раз в Сбербанке, кажется, мы встретились взглядами, но он сразу же отвернулся.

– «Игры разума», русская версия, – говорил Рыжов дальше, – фильм такой есть. В нём один учёный побеждает свою паранойю и свои фантомные галлюцинации исключительно силой мысли.

– В случае, про который рассказывал я, наоборот.

Рыжов еле сдержался, так хотел задать пилатовский вопрос, но вовремя понял, что он может стать неисчерпаемой темой для продолжения разговора, а небо между тем уже посветлело.

Усталость, накопившаяся за день, и домашний привычный уют давно сморили Вясщезлова-младшего. Финальную часть разговора он не слышал. Его отец и его гость одновременно обернулись к нему и несколько секунд молча разглядывали его даже во сне красивый профиль.

– Наверное, и нам пора? – И повернул голову к Гене.

– Да, время неумолимо.

И никаких выводов.

После разговоров был чуть тёплый душ. Потом три часа с небольшим глубокого сна без снов. Снова душ, теперь совсем холодный. Потом вкусные оладьи на завтрак.