Мраморное сердце

Джулиан воистину был произведением искусства среди человеческой расы, может, стоит красивым людям принадлежать всем? Глупости всякие лезли в голову, как это возможно? Конечно, красота картин, фотографий, видео имеют место быть, даже тех же скульптур, но ничто никогда не сравнится с живой человеческой личностью. Даже лучшие картины мирового искусства, даже фотографии, которые признаны лучшими в мире, и даже скульптуры Жана Ланже, хотя последний уже приближался к тому, чтобы его искусство заменило живое. Потому что его работы были целостными, они были мудры в познании всех тайн мироздания и одновременно невежественными в своей практичной беспомощности.

Он на миг задумался. Скульптуры Ланже ему кажутся скорее живыми или мёртвыми? Сложный вопрос, требующий вновь и вновь копаться в глубинах собственного подсознания, чтобы отыскать эту связывающую нить между двумя этими понятиями. Идеальные пропорции даже в этом, решил он, как можно рассчитать с такой точностью гармоничность каждой из этих скульптур? И при этом они создавали общий ансамбль, скульптуры не жили каждая отдельно своей жизнью, это было на уровне коллективного сознания, если, конечно, невоодушевлённым предметам можно приписать такое понятие как сознание.

Или тем более душу. Да, это был единственный недостаток этих возвышенных произведений искусства. Именно в этот момент в его голове зародилась тень идеи, которая впоследствии превратилась в навязчивую мысль.

Джулиан пришёл вовремя, хотя было видно, что он весь в дедлайнах, но начальник никогда не должен ждать своих подчинённых, этот урок Джулиан усвоил блестяще с годами работы в офисе.

Его решительный вид позабавил Райана, лишь бы обошлось без истерик, он был разочарован его поведением на выставке. После десяти минут бесед о работе и одного остывшего эспрессо, Райан перешёл ближе к делу:

– Не строй на эту пятницу никаких планов, мы приглашены в студию Жана на ужин, и хотя это будет интимная встреча, всё же соблюдай дресс-код.

Джулиан явно обдумывал слова Райана, потому что обычно он отвечал сразу, его в меру импульсивный нрав сначала давал толчок к движению и слову, а потом уже в процессе он объяснялся или смягчал сказанное. Райан знал, что Джулиан до сих пор испытывал трудности говорить «нет», Джулиан никогда не был жертвой, будь то личные или деловые отношения, но с ним он никогда не мог доминировать ни в чём, это противоречило натуре их отношений с самого начала.