День затмения

Портфеля с ним не было – он держал подмышкой толстенную ядовито-зеленую папку. Вторая папка, тоже зеленая, по еще более толстая, висела у него в авоське в другой руке. Шофер кинулся ему помогать, они погрузились в автомобиль и уехали.

– А черт его знает, почему я отказался, – проговорил наконец Малянов.

– Зло взяло. Какого дьявола? В прошлом году о Малянове и разговаривать не хотели – молод, видите ли, недостаточно зрел и вообще – участник бракоразводного процесса. Ладно, отцы! Я на это наплевал и забыл.

А теперь вот, когда у меня самое что ни на есть пошло… Ты помнишь, я тебе рассказывал про полости макроскопической устойчивости?

– Полости Малянова? – сказал Вечеровский, усмехнувшись.

– Ладно-ладно! Нечего!.. Так вот, я доказал, кажется, что они существуют. Ты понимаешь, что это означает и что отсюда следует?

– Откровенно говоря, не совсем.

– Не совсем!.. Я и сам еще не совсем понимаю, но я тебе гарантирую, что это – новая теория звездообразования как минимум, а может быть, я вообще самая общая теория образования материи в физическом понимании этого слова.

Сечешь?

– Секу помаленьку, – сказал Вечеровский. Он произнес эти слова так, как мог бы их произнести просвещенный дворянин девятнадцатого зека.

– Это – нобелевка, отец! – сказал Малянов, выкатывая глаза и понизив голос. – Это нобелевкой пахнет! А они хотят, чтобы я все бросил и занялся ихним дурацким филиалом? Да гори он огнем! Я и без всяких филиалов работать не успеваю. Отпуск взял. Представляешь, за свой счет.

Чтобы никакая собака не мешала. Нет же – звонят с утра: почему не хочешь быть директором? И вообще все как с цепи сорвались – телефон обезумел, дядьки какие-то прутся с доставкой на дом…

Вечеровский немедленно встал, и Малянов спохватился:

– Стой! Я же не про тебя, Фил!.. Давай, кофейку сейчас сварганим…

– Спасибо, нет… Да и не умеешь ты кофе варить, если откровенно…

– Ну ты заваришь! По-венски, а? А потом омара будем тушить. С картошкой!

Но Вечеровский уже неудержимо продвигался к двери.

– Я ведь, собственно, забежал к тебе на минутку. У меня же еще лекция сегодня… Да, кстати, фамилия Снеговой тебе ничего не говорит?

– Арнольд Палыч? – удивился Малянов. – Он вот в той квартире живет. Дверь дерматином обита.

Они стояли на пороге маляновской квартиры и через лестничную площадку смотрели на обитую дерматином дверь. Потом Вечеровский проговорил медленно:

– Вот как?

– А в чем дело? – спросил Малянов.