Платоника и Плутос

То прошлого отрывок был, в туманности дозорных нег, беспокойной

Ночью продолжим нашу песнь, где луна над небом вознеслась.

Сверчки под окнами ворковали, мотыльки к звездам устремляли путь.

Их манит свет, огненных сверкающих в ночи планет.

Также люди, живя, верой подпоясавшись, спешат уснуть,

Дабы изведать туманной вечности секрет.

Лишь половицы под коварным мужем заскрипели.

Надев обручальное кольцо, вдруг дамы отвернулись от его лица,

И флирт кокетливый пропал, и искушенья не стремили

Душу за минуту плотского блаженства дешево купить, в преддверии конца

Обуреваемый желаньем,

К супруге задумал лукаво подползти, гнушаясь обещаньем.

Славился мужеством и отвагой он, но по-настоящему был слаб,

Ведь страсть его беспрекословно покоряла, и ум и члены.

И тела своего он был покорный раб.

Запах ощущал ее и видел будто бы сквозь стены.

Как спит его жена, полуобнажена.

Сорвать печать невинности лишь нужно – “И она моя!”

Шептал, почесывая руки муж, участь девы решена.

Мыслью повторял свой замысел, неоднократно не тая.

Скорбев, то ведал я.

Помните честный союз Иосифа и Марии,

Девой всегда она была и остается, но муж ее в том не упрекал,

Так и мы будем жить в чистой эмпирии.

Говорила Каролина мужу, а он лишь молчал, не вопрошал.

Значит, понимал – думала она, не прикасались они к друг другу,

Обходили стороной, но однажды супруг законный стал другой.

Пламень воспылал в очах его, сокращать начал приближенье, протягивая руку,

Поцеловать желал, Каролина ручки прятала за спину, зной

И трепет страстный в нем проснулись.

Предрекая дерзновенное злодейство.

Перенесся к деве спящей я, во сне напомнив

О Святом семействе.

“Проснись, девство сохранив

До смерти, и после быть не знавшей мужа,

Остерегись, возжелал он погубить твое благодеянье.

Уж слышны его шаги, не явится покуда.

Но вот щелкает замок в двери, не имея состраданье,

Подобно зверю дикому набросится и к постели в скорости прейдет.

Намеренья его грешны и страсти чувство сердцем завладело,

Не успокоится, покуда не вкусит тебя как запретный плод.

Погорюет, и вновь явится с наступленьем ночи, пока не просветлело”.

Каролина в страхе неистовом проснулась, сведущая

О будущих событий скорых, сладострастный угнетающий кошмар.