Платоника и Плутос

Согрешивший имеет два пути: побороть или укоренить смрад,

Иль покаяться пред Всевышним Богом,

Узреть страшные согрешения свои и сокрушиться.

Преломиться, со слезами на лице, почитая долгом,

Духом покаяния напиться,

Очиститься и возвеселиться.

Поминая о червоточине в душе.

Вторые признают, но повторить спешат.

Не замедляясь на кураже.

Ощущают злое, но грешник воспевает грех, не медлят

Оправдать, и руки в грязи лжи умыть.

Вот два пути, избери же ты, покаянье, и более не согрешай.

Влекомые пыткой наслажденья,

Две женщины очами черными пылали,

Отражались в зеркалах души адовы мученья,

Ведь тела их, воцарившиеся над духом, стенали,

Свет, кажется, померк, доносится из бездны заунывный смех

Падших, что не успели встать.

Призвал Господь их в дни грехопаденья, один из тех

Шутливо горячился, не переставая, спешил сказать.

“О слабая душа, о греховодные до селе руки,

Прихвостни ваши уж выучил я наизусть,

Но, не сопротивляясь, обрел одни лишь муки,

Уж лучше я в яме темной просидел, пусть

Всю жизнь, но меньше было бы тогда на мне греха,

Ведь не дикарь я, ведал о приближении правого суда,

Ныне и при жизни суетной земной, горит моя блудливая рука”.

Юноша, уразумев обман, жалостливо на женщин посмотрел,

И вправду им необходима помощь, помощь словом.

Отворил входную дверь, луч солнечный пустил, воззрел,

Произнес святой благую речь, растворивши тьму над сим домом.

“Разорваны сети ваши и не искусить вам Божия раба,

Все что имею: тело и душа, лишь Ему одному принадлежит.

Не осужу, я не судья, не имею власти избранника царя,

Во мне зла куда как больше, но надлежит

Ум ваш возвратить, что в миру некогда утерян.

Жизнь не есть наслажденья, но есть совесть вопреки,

Ведь мы изгнаны из рая, за грехи путь наш надменен,

Ко всему нам следует понукать себя, читать более одной строки,

Молить, прощать, отдавать, веру и надежду в сердце созидать,

Любовь постигать, глаголать – Люблю я Бога и создания Его.

От того и надлежит страдать, что непривычно тело усмирять,

За поведением следить, за мыслью или словом, правило строго,

Нет оправданья мне самому, но вы жены лишь заблудились.

Вы для меня светлы, ведь Господом простимы

Неведеньем, блажен, тот, кто брата иль сестру не осудил, не разделились

В глазу его человек на добро и зло, на достойных и недостойных, ваши страсти искоренимы.