Могла быть другая история

Моё сознание будто растянуло по пространству и времени. Что-то несло моё бестелесное ничто сквозь этот нескончаемый ужас. Потом была огромная кривляющаяся рожа. Я, влетаю в разверзнутую красную пасть этого чудовища, а там, дальше, точно такой же багровый туман и следующая пасть. И так повторялось раз за разом. Я кричал от ужаса – кричал оглушительно… и беззвучно. Мне, стало казаться, что это никогда не закончится.

Из этого леденящего душу бреда меня рывком выдернула внешняя сила. Именно внешняя, я это каким-то образом почувствовал.

Но когда я очнулся, страх не пропал. С трудом расклеив веки, я увидел, что весь отсек и в самом деле заполнен призрачным багровым маревом. Всё, что меня окружало, выглядело настолько нереальным, что казалось продолжением бреда. В отсеке стояла мёртвая тишина.

Теперь я находился не в кресле, где должен был находиться, если доверять здравому смыслу. Я полустоял-полувисел, едва касаясь ступнями пола. Все мои мышцы были отключены, но я не падал, хотя и ощущал силу тяжести.

Сквозь кроваво-красную пелену я с трудом разглядел остальных членов нашей команды. Все, кроме Данилки, были в таком же положении, как и я. Данилка стоял в центре отсека управления и что-то беззвучно говорил.

Я сначала подумал, что потерял слух, но потом понял, что это не так: я слышал своё дыхание, но звуки снаружи как отрезало. Я понял, что Данилку вообще никто не слышит. В какой-то миг мне показалось, что вокруг меня не туман, а что-то желеобразное или даже твёрдое. Мне стало казаться, что я замурован в этом чёрт знает чём.

Ещё я подумал: «Вот почему я не падаю».

Да, ещё время. Это трудно передать словами. Дело в том, что я не чувствовал хода времени. То есть времени будто вообще не существовало.

А Данилка продолжал что-то говорить, показывая на переходный тамбур отсека управления. Он явно не понимал, что мы его не слышим. Но нет, он всё-таки это понял и что-то сделал. Я увидел снопы искр, сорвавшиеся с его ладоней, и тут же у меня появилась способность двигаться. Я твёрдо встал на ноги.

Всё-таки в отсеке был именно туман.

Итак, все вышли из оцепенения. Мёртвую тишину отсека управления прорезал Данилкин голос:

– Все выходите из отсека! Немедленно! Спускайтесь в кают-компанию! Быстрее!

– Данил, что происходит? – спросил Борис.

– Дядя Боря, вопросы потом! Всё серьёзнее, чем вы можете себе представить.

***

Мы один за другим прошли через переходный тамбур… и остановились перед зияющей пустотой лифтовой шахты.