Человек из Пасифиды

– Его превосходительство господин командующий Н-ским военно-морским районом передает господам американским офицерам уверения в своем доброжелательном к ним отношении и выражает глубокое сожаление по поводу имеющего здесь место недоразумения между господами американскими офицерами и съемочной группой кинокомпании «Ямато-фируму». Он изволит опасаться, что господам американским офицерам…

Вот что значит настоящий аристократ! Как он говорит, какое красноречие! Исида слушал и испытывал чувство гордости и легкой зависти.

Но на личного переводчика командующего базой затейливые периоды, изобилующие непонятными ему словами и целыми фразами и оборотами из лексикона официальной переписки, произвели совсем другое впечатление. Едва барон замолк и снова отдал честь, Джерри, трясясь от негодования, рявкнул:

– Говорите коротко, что вам здесь надо?

– Э-э… – затянул капитан третьего ранга Колдуэлл.

Барон презрительно сказал:

– Мог бы быть и повежливее, сопляк…

Это был высокопробный жаргон осакских притонов, и Джерри опять не понял.

В толпе послышались смешки. Джерри побагровел.

– Говорите, пожалуйста, медленнее.

Хохот усилился. Толстяк позади Исиды трясся и кашлял от смеха.

– Мы прибыли сюда, – сказал Като, тщательно выговаривая каждый слог и невозмутимо глядя на Джерри, – чтобы помочь вам уладить это недоразумение.

– Да, да, пожалуйста, – обрадованно воскликнул капитан третьего ранга, – военная база… киноаппараты… нельзя. Пожалуйста.

Барон Като повернулся к толстяку, и тот сразу перестал смеяться.

– Вы руководитель съемочной группы?

– Да. Моя фамилия – Хотта. Дзюкити Хотта.

– У вас есть разрешение губернатора?

– Да. Вот, пожалуйста.

Барон взял бумагу, пробежал ее и вернул толстяку.

– Все в порядке. Можете снимать.

– Виноват…

– Можете снимать. Я разрешаю вам снимать, понятно?

– Иди и снимай, болван. Убирайся! – прошипел Исида.

Толстяк, кланяясь и пятясь, ретировался к своим парням с футлярами, а Джерри шагнул вперед и схватил Като за плечо.

– Что вы сказали ему? – сердито спросил он.

Като осторожно освободился.

– Позволю себе заметить, что вы, господин лейтенант, обращаетесь к старшему по чину, и покорнейше прошу впредь не забываться.

– Что вы сказали ему? – повторил Джерри.

– Я разрешил ему начать съемки.

– Impossible! – ахнул капитан третьего ранга.

– Наоборот, весьма поссибуру, – ответил по-английски Като.