1984 (коленкоровая тетрадь)

Мария, когда мы однажды затащили не в один заход все свои вещи и поставили их у порога, окинув взглядом пустое пространство, замкнутое стенами со свеж наклеенными обоями и крашенными полами, не удержалась и тут же воскликнула:

– А где мы с тобой будем спать? А как мне делать уроки? Здесь нет даже обычного письменного стола! ? Мария на тот момент была студенткой, и ее переживания мне были понятны.

– А бабушкина перина зачем? ? спросил я: ? А пол? ? Да здесь более двадцати квадратных метров, ? затем, сделав небольшую паузу, тут же успокоил Марию: ? Мы сейчас же с тобой пойдем в мебельный магазин, ? он в двух остановках от дома, ? все купим и завезем.

Делать покупки вместе было интересно. Они успокоили жену, и она с удовольствием ходила по магазину. Мы тогда, взяли диван-кровать ? полуторку, очень удобный, ? в него можно было прятать постель, ? и стол. Им мы и сейчас пользуемся, лишь поменяли фурнитуру. Холодильник купили позже, некоторое время нас устраивал старый производства завода ЗИЛ, оставленный прежними жильцами.

Он работал без отключения, оттого много расходовал электроэнергии.

На тот момент нас жилье устраивало. Мы ему были несказанно рады и не сразу поняли подвох. Он заключался в трудностях получения в будущем бесплатной квартиры. Имея комнату размером более двадцати квадратных метров, нам нужно было постараться и родить минимум двоих детей, а то и больше.

А еще в этой жилплощади хватало неудобств: во время дождей место похожее на застекленную лоджию, когда-то очень шикарное, начинало вдруг сочиться, а затем просто потоками изливать с потолка воду.

Мы подставляли все, что находили под рукой, собирая ее и таская в туалет. А еще нам приходилось делить санузел и кухню с соседями: пожилой дебелой женщиной Таисией Яковлевной, почти пенсионеркой и молодым парнем Сергеем, постоянно хваставшим, что он столичный житель ? приехал из Риги, а не из какого-то там среднерусского захолустья. Возможно, он это говорил для того, чтобы показать нам «новеньким» ? мне и моей жене Марии значимость своего происхождения.

А мы? Мы на тот момент были его не достойны. То, что он так считал, мне стало ясно, когда парень однажды поцапался с пожилой женщиной и, попытавшись ее унизить, с яростью выкрикнул:

– Ты, ты, не из столицы, ? затем, наморщив лоб, будто вспомнив, довольный собой, продолжил: ? Ты, из Гусь-Хрустального, вот собирай свои манатки и живо вставай на крыло, ? на дворе тогда стояла зима, ? шуруй туда, где все твое стадо, к себе ….