Катарские летописи. Книга первая. Сказ о Литаэль

– Нет. Какие то мутанты или ментальные существа.

Все сели кругом, спина к спине и улёгшись, притворились, что спят, но ладошки их обнимали рукояти оружия.

Неожиданно над ними возникли силуэты странных существ. У всех было по четыре руки. Высокие и широкие. У каждого находились оружие и щиты.

Все видели, что твари крались. Ростом по три метра. Лысые и с длинными хохлами на макушках. С их выпирающих клыков капала слюна.

Монах вскинул руки вверх и вспышка света ослепила мутантов, показав зелёный цвет их кожи.

Пролетевший сквозь тьму, томагавк воткнулся между глаз Дайниласа и тот отлетел по инерции на два метра.

– Нет! – Тэмиэль пускал стрелу за стрелой. Но некоторые твари добирались до него. Эльф добивал врагов изящным, обоюдоострым клинком.

Один из мутантов, сумел поднять Вульфгара над песком и вторым запасом рук, пытался разрубить его торс томагавками, варвар продолжал борьбу, пронзив лицо врага своим мечом. Тот рухнул. Но и Вульфгар уже не мог сам стоять.

Владимир рубил мутанта за мутантом своими боевыми топорами.

– Твари! Ух! Будь у них честь, я бы назвал их достойными соперниками. Но они напали ночью на спящих. И врядли знают хоть, что то о чести. – Рычал он нанося очередной удар.

– Ба! Уроды с нижних уровней! – Выплюнул в пылу боя Фунтик.

Арье, искусно уходил от ударов, хотя иногда и получал лёгкие ранения.

– Я не чувствую иной энергии. Это обычные мутанты! – Монах ударил одного, коленом в прыжке, но казалось, тот и не почувствовал.

Владимир подбежал к Вульфгару и поднял его под руку, но пронзившее ночную мглу копьё, влетело в грудь варвара, пробив кожаный доспех. Вульфгар отлетел от силы удара и мгновенно умер.

– Брат, нет! – Владимир обернулся на нападавшего и получил томагавк в лицо, от чего, его голову разрубило пополам.

Рогнар был окружён. К его спине прижался Тэмиэль и отбивался клинком от огромных мутантов.

Трёхметровый бугай, один отбивался от Бренора и Гимли. В каждой из четырёх рук у него было по томагавку.

Перевес был на стороне нападавших. Рогнар ещё в полном боевом пылу валил врагов, словно не чувствовал усталости. Эльф и дворфы, уже обессиленные, рухнули на песок. Монах полностью переключился на исцеляющие чары и уже не сражался, а только лечил оставшихся в живых.

Солнце начало вставать.