Только женщины

Тот сидел с раскрытым ртом и неподвижно, пристально, стеклянными глазами смотрел мимо буфетчицы на аккуратно расставленные блестящие стаканы и бутылки разных форм. Лицо его было ужасно.

Буфетчица нервно вздрогнула и отодвинулась. Молодые люди оба вскочили с мест и перенесли свои стулья подальше. У всех троих мелькнула одна и та же мысль. – Этот чистенький, опрятно одетый блондин болен белой горячкой.

Атмосфера комнаты, из веселой, интимной, мгновенно стала тревожной и напряженной, полной недоумения и страха.

Наступило жуткое безмолвие; затем раздался звон стекла; блондин, державший в руке стакан, судорожно стиснул его так крепко, что стакан лопнул и осколки посыпались на пол:

– Послушайте, что же это такое? – невольно вырвалось у первого юноши.

Голова блондина запрокинулась назад, отгибаясь все дальше, словно ее тянула какая-то невидимая сила. Глаза его, как будто напряженно следили за какой-то точкой, передвигавшейся все выше и выше вдоль стены с полками позади буфетной стойки; постепенно эта точка дошла до потолка и двигалась по потолку, по направлению к блондину.

Затем, вдруг, сразу, страшная напряженность мышц ослабла, блондин уронил голову на грудь и схватился обеими руками за затылок, дыша тяжело, прерывисто.

– Слушай. Ты как думаешь – он болен? – спросил первый юноша.

Дикки направился было к блондину: его знание химии придавало ему профессиональный вид.

– Он только что приехал из Европы… А вдруг это у него чума, – шепнула буфетчица.

Молодые люди оба отскочили назад, пробормотали что-то о том, что надо позвать доктора, и устремились к двери. Один из них сделал большой крюк, чтоб обойти блондина, сидевшего, перегнувшись вдвое и бешено тиская свой собственный затылок.

Не успела захлопнуться входная дверь, как блондин свалился на пол, издавая противные, визгливые стоны.

Буфетчица охнула и застыла на месте. – Женщины не заражаются, – выговорила она громко, чтобы подбодрить себя.

Несколько минут спустя хозяин гостиницы – издали – опознал блондина – это был мистер Стюарт, агент фирмы Баркер и КR.

* * *

«Высшие силы» Трэйля показали себя.

Скромное орудие, избранное ими, сделало свое дело, и оно же первое в Лондоне получило весть о результатах.

Телеграмма была адресована дирекции, но так как ни одного директоров не было в конторе, ее вскрыл Гослинг.