Полное собрание сочинений. Том 20. Варианты к «Анне Карениной»

«Денегъ н?тъ, долговъ куча, съ барыней разстройка, а въ ее им?нь? надо л?съ продать, плохо.[246 - Зач.: Но все пустое на св?т?, и все пройдетъ.] Ничего, сударь Степанъ Аркадьичъ, и я не оставлю барина, и обойдется, все обойдется и образуется», говорилъ его взглядъ.

Одно письмо было изъ Петербурга[247 - Зач.: служебное, другое отъ Лидiи Ивановны] отъ сестры Степана Аркадьича Анны Аркадьевны Карениной. Она писала, что мужъ у?зжаетъ на ревизiю и что ей скучно, несмотря на св?тъ, скучно безъ мужа. Примутъ ли ее они къ себ?? Она прi?хала бы на нед?лю, и слухи и св?тскiя и шутки.

«Вотъ женщина, – подумалъ Степанъ Аркадьичъ про сестру. – И в?рная жена, и св?тская женщина, и всегда весела и терпима. Н?тъ этаго какого то пуризма московскаго», подумалъ онъ. Другое письмо было отъ Лидiи Ивановны, той самой особы, которая была причиной разстройства съ женой. Она ничего не знала или не хот?ла знать и звала об?дать сегодня въ Эрмитажъ[248 - Зачеркнуто: съ Васей Красавцевымъ] и съ?хаться въ Зоологическомъ саду въ 3 часа посл? присутствiя. Потомъ былъ черный ящикъ служебныхъ бумагъ въ вид? гармонiи.

– Ну а изъ Присутствiя? – сказалъ Степанъ Аркадьичъ, придерживая руку цирюльника.

– Гармонiя полная, – отв?чалъ Матв?й, – прикажете принести?

Гармонiей жена Долли Александровна называла шутя огромный большой обитый кожей ящикъ, въ которомъ приносились служебныя бумаги.

– Н?тъ, посл?.

Дожидавшаяся рука цирюльника опять легко задвигалась въ кисти, сгребая щетину съ мыломъ и оставляя н?жно-розовыя поляны.

«Какъ нибудь обойдется», все спокойн?е и спокойн?е думалъ Степанъ Аркадьичъ по м?р? движенiя впередъ своего туалета.> Два д?тскiя голоса – Степанъ Аркадьичъ узналъ голоса Гриши, старшаго мальчика, и Тани, д?вочки любимицы – послышались за дверями.

– Н?тъ, ты не можешь? – кричала по англiйски д?вочка. Степанъ Аркадьичъ[249 - Зач.: остановился въ выравниванiи тонкой рубашки изъ подъ помочей] подошелъ къ двери и кликнулъ:

– Таня!

8-л?тняя д?вочка вб?жала въ столовую, обняла отца и повисла ему на ше?, такъ что и такъ красная толстая шея его побагров?ла, и поц?ловала его въ[250 - Зач.

: губы] душистое лицо. Д?вочка любила этотъ легкiй запахъ духовъ, распространявшiйся, какъ отъ саше, отъ бакенбардъ отца и всегда соединявшiйся съ впечатл?нiемъ ласки отца.

– Что мама?

– Мама давно встала.

«Значитъ, не спала всю ночь», подумалъ Степанъ Аркадьичъ.

– Что, она весела?

Д?вочка задумалась.

– Должно быть.