Полное собрание сочинений. Том 20. Варианты к «Анне Карениной»

 – Пойдемъ поговоримъ, – сказалъ онъ, и лицо его вдругъ изм?нилось. Виноватая улыбка выразилась на его добромъ, красивомъ лиц?. – Ты, в?рно, слышалъ про наши…

– Да, слышалъ.

– Ну пойдемъ, пойдемъ поговоримъ.

Они вышли на уединенную дорожку.

– Ты понимаешь, что я не им?ю никакого права на объясненiя, – сказалъ Ордынцевъ.

– Да, я знаю, но ты такой пуристъ, и твой отецъ былъ, я знаю. Ну вотъ видишь ли, мой другъ. Я р?шительно погибшiй челов?къ. Я не стою своей жены.

Она – ангелъ. Но когда ты будешь женатъ, ты поймешь. Я увлекся. А главное, я самъ сд?лалъ глупость. Этаго никогда не надо д?лать. Я ей признался во всемъ. Ну и кончено. Я теперь виноватый. И женщины никогда не прощаютъ этаго. Но понимаешь, когда д?ти, на это нельзя такъ легко смотр?ть. Она хот?ла разъ?хаться. Насилу мы спасли ее отъ срама. И теперь я над?юсь, что все обойдется. Ужасно, ужасно было. Но главное то, что бываетъ же увлеченiе. И в?дь это такая прелесть была, – сказалъ онъ съ робкой улыбкой, – и я погубилъ и ту и другую. Это ужасно!

– Да, но по крайней м?р? теперь все кончено? – спросилъ Ордынцевъ.

– Да, и кончено и н?тъ. Ты прi?зжай непрем?нно. Она тебя очень любитъ и будетъ рада тебя вид?ть.

– Ты знаешь, я не могу понять этихъ увлеченiй.

– Знаю, что жена правду говоритъ, что твой главный порокъ – гордость. Вотъ женись.

– И по мн? бракъ, разрушенный нев?рностью[158 - Зачеркнуто: продолжалъ Ордынцевъ, какъ будто его и не перебивали] съ той или съ другой стороны, – продолжалъ громко и отчетливо Ордынцевъ съ своей привычкой ясно и немного длинно выражаться, – бракъ разрушенный не можетъ быть починенъ.

– Ты не женатъ, и ты судить не можешь. Это совс?мъ не то, что ты воображаешь.

– Отъ этаго, можетъ быть, я никогда не женюсь, но если женюсь, то я строго исполню долгъ и буду требовать исполненiя.

– Такъ ты прi?зжай непрем?нно, Кити будетъ, – сказалъ Алабинъ, глядя на часы и невольно отв?чая этимъ на слова Ордынцева о брак?.

 – A мн? надо об?дать у старика Щипкова.

И Степанъ Аркадьичъ, опять выпрямивъ грудь и принявъ свое веселое, беззаботное выраженiе, растегнувъ пальто, чтобы осв?житься отъ прилива къ голов?, вызваннаго объясненiемъ, пошелъ легкой и красивой походкой маленькихъ ногъ къ выходу сада, гд? ждала его пом?сячная извощичья карета.[159 - Зач.