Полное собрание сочинений. Том 20. Варианты к «Анне Карениной»

Таня какъ разъ разм?ряла м?сто и поднялась съ математически в?рной точки, чтобы дать прыжокъ. Лица вс?хъ просiяли въ тоже мгновенiе, они поняли, что она на той сторон?, и точно мелькнула поднятая голова и грудь и разъ и два вскинутый задъ, и не усп?ли заднiя ноги попасть на землю, какъ уже переднiя поднялись, и лошадь и с?докъ, впередъ предугадавшiй вс? движенiя и неотд?лявшiйся отъ с?дла, уже скакали дальше. «Лихо, браво, Балашевъ», проговорили зрители, но уже смотр?ли на М[илютина], который подскакивалъ къ препятствiю.

На лиц? Балашева мелькнула радостная улыбка, но онъ не оглядывался. Впереди и сейчасъ было маленькое препятствiе – канава съ водой въ 2 аршина. У этаго препятствiя стояла дама въ лиловомъ плать?, другая въ с?ромъ и два господина. Балашеву не нужно было узнавать даму, онъ съ самаго начала скачекъ зналъ, что она тамъ, въ той сторон?, и физически почувствовалъ приближенiе къ ней. Татьяна Серг?евна пришла съ золовкой и Б. Д. къ этому препятствiю именно потому, что она не могла быть спокойна въ бес?дк?, и у большаго препятствiя она не могла быть. Ея пугало, волновало это препятствiе. Она, хотя и ?здокъ

какъ женщина, не могла понять, какъ возможно перепрыгнуть это препятствiе на лошади. Но она остановилась дальше, но и оттуда смотр?ла на страшное препятствiе. Она вид?ла сонъ, и сонъ этотъ предв?щалъ ей несчастiе. Когда онъ подъ?зжалъ къ валу (она давно въ бинокль узнала его впереди вс?хъ), она схватилась рукой за сестру, перебирая ея, сжимая нервными пальцами.

Потомъ откинула бинокль и хот?ла броситься [?], но опять схватила бинокль, и въ ту минуту какъ она искала его въ трубу, онъ ужъ былъ на этой сторон?.[106 - Зачеркнуто: «Очень хорошо ?детъ».] «Н?тъ сомн?нья, что Балашевъ выиграетъ». – «Не говорите, М[илютинъ] хорошо ?детъ. Онъ сдерживаетъ. Много шансовъ». – «Н?тъ, хорошъ этотъ». – «Ахъ, опять упалъ». Пока это говорили, Балашевъ приближался, такъ что лицо его видно было, и глаза ихъ встр?тились. Балашевъ не думалъ о канав?, и, д?йствительно, нечего было думать. Онъ только послалъ лошадь. Она поднялась, но немножко рано. Такъ чтобъ миновать канаву, ей надо бы прыгнуть не 2, а 3 аршина, но это ничего не значило ей, она знала это и онъ вм?ст?. Они думали только о томъ, какъ скакать дальше. Вдругъ Балашевъ почувствовалъ въ то мгновенiе, какъ перескочилъ, что задъ лошади не поддалъ его, но опустился неловко (нога задняя попала на край берега и, отворотивъ дернину, осунулась). Но это было мгновенье.