Питерщик

Комната вся была оклеена сборными обоями: несколько полосок французских атласных, несколько хороших русских и, наконец, несколько дешевеньких; штукатурный потолок был весь расписан букетами, так что глазам было больно смотреть на него; в переднем углу стояла красного дерева киота с образами и стол, на котором были нарисованы тарелки, а на них – разрезанные фрукты, а около – серебряные ножи и вилки; лавок не было, их заменяли деревянные стулья, выкрашенные как будто бы под орех. В заднем углу стояла кровать с ситцевыми занавесками, к которой Клементий бросился тотчас, как мы вошли, и начал выкидывать оттуда различную дрянь, говоря: «Эк у них тут навалено! Что это за баба необрядная, все ей не в заметку!.

.»

– Извините уж, батюшка, – прибавил он, обращаясь ко мне, – в чем застали, в том и судите, не чаяли вашей милости.

Я просил его не хлопотать, а велеть, если у него есть, согреть мне самовар.

– Как, сударь, не быть этого заведенья: не те нынче времена и не такие здесь места, чтобы не быть… Дарья Михайловна! – крикнул он в дверь, – поживее самовар, да приготовьте там чайник и чашки – все, как следствует, – главная причина, перемойте почище.

– Славный у тебя дом, – сказал я.

– Живет, батюшка, по деревне.

– Сам строил или еще старик?

– Нет, уж сам выводил; лес как-то нынче не против старины: крепости и ядрености никакой не имеет.

– А эти цветы на потолке не сам ли рисовал?

– Никак нет-с: чужие по найму мазали.

– Да ты питерщик?

– Питерщик был-с.

– А по какому мастерству?

– Да тоже вот по этой, по малярной части.

– В домах, что ли, расписывал?

– Всяко-с: и по наружности занимались и внутри отделку брали.

– То есть как же?

– Да, то есть стены и потолки по трафарету расписывали, и асторическую живопись тоже немного маракуем.

– Все тоже по трафарету?

– Все по трафарету, нечего хвастать: от руки все как-то не доходим. Хватались было некоторые из наших, да не выходит, по тому случаю, что мужику против ахадемика не быть, ученья такого мы не имеем.

Наше, сударь, доложу вам, мастерство такое, что и конца ему нет: крыши, да заборы, да стены красить – особ статья; а, например, полы под паркет выводить или там дверь и косяки под слоновую кость отделать, – это выходит вторая статья; экипажная часть тоже по себе, мебельное дело другого требует, а комнатная живопись настоящая опять другое, а названье у всех одно: маляр, да и баста, а кто дело разберет, так маляр маляру рознь – кто до чего дошел.