Конопляный рай

Не смотря на это, Кася не выглядел обиженным на мир, у него водились деньги, и было много друзей и мест, где он с чистой совестью мог опустошить кастрюлю вчерашнего борща и попросить добавки; хорошо поесть для Каси было вопросом жизни и смерти. Взамен на это Кася щедро делился свежими музыкальными записями самых модных западных групп, иногда приносил даже пластинки, или как выражались дружки – диски. Где он их доставал, было большим секретом, но иногда краем уха до Димы доходило, что они были краденными. Вечерами Кася часто сидел с Пашкой, прослушивая эти диски, а заодно покуривая самокрутку, используя то время, когда мать их была на работе или на вечерних занятиях в институте.

Брат быстро втянулся в Касино увлечение, а чуть позже к ним присоединился и Остап, к тому времени бросив и лыжную секцию, и футбол.

Однажды, вернувшись из шлюпочного похода, Дима увидел, как брат в компании с дружками с деловым видом накалывает на руке чайку:

– Делать тебе нечего! Потом жалеть будешь, а стереть не сможешь.

– Чё ты меня учишь! Не успел приехать и уже мораль читает! Не учи учёного! – вспылил Пашка.

Дружки молча переглядывались и в спор братьев не вступали. Неожиданно Пашка рассвирепел:

– Тебе-то откуда знать, что мне нужно! Ты кто такой, чтобы учить меня жизни?

– Я твой брат, – тихо произнес Димка, растерявшись.

Пашка вдруг задумался.

…– Да делай что хочешь, мне всё равно. Хочешь, хоть на лбу выколи свою чайку. Будет хорошо видать, – уже через плечо бросил Димка, пожимая плечами и уходя от назревавшей ссоры.

Он был на голову ниже, и конечно, не мог настаивать, хотя по традиции, за ним было слово старшего брата.

– Чё ты сказал! – забасил Пашка, хватая брата за руку.

Димка сжал кулаки и почти уперся в Пашкин лоб, в любую секунду ожидая от него атаки:

– И вообще, красной тушью наколки не делают. Все равно потом посинеет.

– А ты откуда знаешь?

– А тебе-то что, – бросил Димка. – Расплывётся, вот что.

Пашка глупо улыбнулся и развёл свои длинные руки:

– Поняли, какой у меня братка.

Не успел приехать с похода, уже учит жизни. Наставляет. А с ним не спорь, он старший.

Поведение братьев всегда оставалось загадкой для окружающих и друзей. В споры они старались не влезать, но всегда были готовы в любой момент разнять их, если дело доходило до драки.

Брат сперва скрывал про коноплю, но, как известно, шила в мешке не утаишь. Постепенно изменился его взгляд, появился необычный блеск в глазах, а потом и развязанная манера разговора.