Внучкин

По ревизии ревизор ничего не нашел худого в волости, да крестьяне попросили ревизора сменить начальство.

– Почему сменить? у них все исправно, – сказав ревизор.

– Они, ваше превосходительство, всегда всем недовольны, – сказал Внучкин.

Все бы ладно, да черт подсунул Внучкина предложить ревизору пакет.

– Это что? – закричал ревизор.

– Благодарность от крестьян.

– А! – сказал ревизор, пакета не взял и уехал, а через месяц из палаты имуществ получилась бумага: назначить из волости нового писаря.

Однако нового писаря не избрали. Внучкин подписывался: Власов – и исправлял свое дело до тех пор, пока не донес на Внучкина становой. Затребовали из волости объяснение, потом потребовали в палату Внучкина. Внучкин объяснил, что он уже год как не состоит на должности, и подал рапорт Петровского сельского общества об избрании его сельским заседателем.

Дело, конечно, не обошлось без денег, и Внучкина выбрали сельским заседателем, но в этом звании он пробыл только месяц.

– Что тебе надо?

– Я сельский заседатель. Меня звали.

– Можешь в прихожей сидеть.

– По закону я должен в присутствии быть.

– Ax ты, негодяй! Он еще говорит! Пошел вон и жди, когда дадут тебе подписать бумагу.

– А не пойду.

И Внучкина скоро уволили с тем, чтобы впредь ни на какие должности не определять.

Думал-думал Внучкин: чем бы ему заняться? На должности не определяют; торговлей заняться – невыгодно, да и как-то постыдно после такой должности торговать: «Еще будут говорить, что я на воровские деньги торгую».

В марте месяце приехал к нему приказчик из какого-то завода за наймом бурлаков. Разговорились о том, что ныне трудно жить честно; каждый рассказывал разные приделки начальства.

– Ну, я бы на твоем месте не усидел. Поехал бы я в Нагорск, там ныне пароходы строятся, – говорил приказчик.

– В самом деле! – И Внучкин, оставив жену и двух детей, поехал в Нагорск.

III

В Нагорске Внучкин прожил два месяца. Много ему в это время пришлось обтоптать полов в прихожих пароходовладельцев, управляющих и разных конторщиков, где на него даже и глядеть не хотели. Задор его берет, а ехать назад ему не хочется.

Жил он на квартире у одного мещанина-подрядчика; там же жили двое писцов одной пароходной конторы. Оба они носили сюртуки, брили бороды.