О счастье, я к тебе взываю!

Ежели способно дни и годы

Иль многих пережить все то, что мы с тобой

Бряцали в тишине, – о лира, песнь народа

Латинского пропой.

5 Впервые певшая Лесбоса гражданину,

Который, как в бою отваги ни был полн,

С тобою забывал доспехи и пучину,

Привязывая челн.

И Либера, и Муз тогда твой славил голос,

10 Венеру, мальчика, что неразлучен с ней,

И Лика, юноши-красавца, черный волос

И черных блеск очей.

Зевесу милая и Феба украшенье,

Обители богов отрадная самой,

15 Внимай мне, сладкое трудов успокоенье,

Зовущему с мольбой.

    Фет А. А., 1856.

XXXIII

Мой Альбий, не тоскуй без меры, огорчен

Глицерой ветреной, и, грусти не тревожа,

Элегий ты не пой о том, что предпочтен

Тебе годами помоложе.

5 Кир, в Ликориде жар любви воспламенив,

Забыл ея чело, стесненное кудрями,

Для гордой Полой… но прежде козы нив

Сойдутся с горными волками,

Чем Полоя падет с противным наглецом.

10 Венера хочет так: ей весело неравных

И телом и душой вязать одним ярмом

В игре причуд жестоконравных.

Я сам, как бог любви мне счастье обещал,

Миртале отдался в приятные оковы,

15 А волны Адрия у калабрийских скал

Не столь кипучи и суровы.

    Фет А. А., 1856

XXXIV

Скудный богов почитатель и ветреный;

Мудростию заблужденный безумною,

Ныне задумал ветрила поставить я

Вспять и, расставшись с пучиною шумною,

5 Путь отыскать, потому что Юпитер, бог,

Вечно огнем потрясавший над тучею,

С громом промчал по лазури безоблачной

Звучных коней с колесницей летучею,

Коей земля и потоки подвижные,

10 Коею Стикс, и Тенара глубокое

Страшное дно, и граница Атлантская

Вмиг сотрясаются.

Бог преклонить и затмить лучезарное,

Тьму озаривши. Фортуна меняется,

15 Там похищает венец быстрокрылая,

Здесь, возложивши его, улыбается.

    Фет А. А., 1856

XXXV

О ты, что в Антиме хвалами

И жертвой чтима каждый час!

Богиня счастья! Ты играми

Своими удивляешь нас.

5 Обряд плачевный погребенья

Ты можешь в радость претворить

И смертного во тьме презренья

Возможешь славой озарить.

Тебя, владеющу морями,

10 Пловцы с усердием зовут;

Сел тихих жители мольбами

Среди лесов и хижин чтут.

Бродящий скиф и дак убогий,

Латинов храбрых гордый род,

15 Твоей трепещут власти строгой

Вельможи, грады и народ.